Ardameldar: Первая, Вторая Эпохи.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Таур-на-фуин.

Сообщений 1 страница 30 из 492

1

Тема перенесена с форума:

0

2

Время: 472 год  Первой Эпохи
Место: Таур-ну-Фуин
Участники: Аикарамат, Нумендиль
Описание: после Нирнайт Арноэдиад двое выживших нолдор при отступлении оказываются на территории, захваченной Врагом. Один из них принадлежит к Первому Дому, другой - ко Второму. Но им нужно объединить усилия ради того, чтобы попытаться выжить и прорваться к своим.

0

3

Аикарамат

В четвертый день воны, во второй день после начала Нирнаэт Арноэдиат, в третьем часу утра разлетелись наконец-то звуки их труб и феанариони вышли со своими войсками на Анфауглит. Потом летописцы скажут ... и отряды сыновей Фэанора ударили врага сзади. Говорили, что даже тогда эльдар еще могли победить, если бы все войска остались им верны; ибо орки дрогнули, их натиск ослаб, а некоторые и вовсе обратились в бегство.
В то самое время, когда авангард Майдроса напал на орков, Моргот выпустил свои последние силы, и Ангбанд опустел. Вышли волки и волчьи всадники, и великое множество балрогов, выползли змеи и драконы, и Глаурунг, Отец Драконов, вступил в битву. Сила и ужас, наводимый Великим Червем, ныне возросли и стали воистину неодолимы. И эльфы и люди замирали перед ним; он прополз меж воинствами Фингона и Майдроса и разделил их.
Но не волк, не балрог или дракон принесли Морготу победу, а лишь предательство людей. В этот час открылся заговор Ульфанга; ибо многие Вастаки повернулись и бежали, сердца их наполнились страхом и ложью; но сыновья Ульфанга внезапно выступили на стороне Моргота и ударили в тыл сыновьям Фэанора.

Это все будет потом, а пока... Аикарамат пробирался по опустошенной земле, видящей лишь отголоски того беспрерывного калейдоскопа чередования врагов, крови, ран, смерти что царствовал на Анфауглит. Они отступали. Они бежали, преследуемые нескончаемыми врагами. Нужно было дать время уйти беженцам - из Химринг, Аглона, да что там! Из всех здешних земель. Это было не просто поражение в битве, это был полный разгром. Не осталось больше сил что могли бы сдержать Моринготто. И только ненависть не позволяла отчаянию захлестнуть и утопить нолдо. Надо жить. Что бы сражаться.
Вслед за Лордом, отступая через Дортонион, Аикарамат дрался за эти человеческие земли - по тому что и им нужно было дать уйти. Людям... народу для которого предать - ничто не стоит! Ни из-за пыток склониться перед Врагом, а стать его рабом по доброй воле, за посулы! Грязный, отвратительный, народ тварей! И все же - не все таковы, не все... но как теперь узнать кто из них кто?!
Люди бежали, а эльдар держали последнюю оборону. В одной из таких оборон феаноринг пал.
Точнее он думал что пал. Пока однажды не очнулся раненый в овраге. Дождь бил в лицо.
Мир любит эльфов. Нолдо выжил. Хотя само по себе еще ни о чем хорошем это не говорило. Разоренные земли вокруг были захвачены орками и их хозяевами, пробираться было трудно. Но нолдо упрямо шел. На восток, туда где где-то в конце-концов должны будут остаться не захваченные земли. Ведь должны же? Не мог Моринготто поглотить вот так махом все Нолдолондэ... Или мог? Тяжелые мысли давили к земле. Но вместо того что бы захотеть сдаться, нолдо лишь больше желал выждать и отомстить.
Все звери попрятались и разбежались, так что охотиться не получалось. Приходилось красть еду у орков. Ту... что выглядела съедобной. Однажды Аикарамат украл бутыль вина - и это была удача, по тому что после вина в бутыле можно было хранить воду. Ведь фляга роквена осталась у него на седле, а пользоваться орочьей... от такой мысли выворачивало.
И все же феанорингу не доставало выдержки. По дороге он видел издали, как орки ведут куда-то колонну пленных; но эльф ничем не мог помочь, и это словно делало соучастником преступления. По этому вечером того дня, когда нолдо вновь подкарауливал банду что бы стянуть у них еды, роквен не смог больше сдерживать ярость. Нолдо выждал удобный момент и напал. Часть орков была убита из засады, когда они отлучались в лес, но потом феаноринг напал открыто и зарубил еще нескольких, прежде чем бежал прочь, ухватив мешок сухарей.
Аикарамат не знал мудро ли поступил, и все же был доволен мрачной радостью. Однако - теперь за ним шла погоня. Уже второй день нолдо продирался через редколесье, а в темноте бежал по равнинам. На восток.
И вот - в предрассветном тумане глаза нолдо заметили кого-то. Другая фигура так же пробиралась меж тонких стволов по другую сторону луга. Но это был не враг, и не Смертный - только родич мог быть столь статен и горд. "Нечаенная радость!" - мелькнула мысль в голове усталого воина.
- Аийа, - негромко, но протяжно-напевно окликнул воин-менестрель незнакомца.

0

4

Нумендиль плохо ориентировался в здешних краях. Далёкие горы звали его, но звезды, по которым можно было бы выверять путь, скрывали плотные дымы из Ангамандо, которые даже ветер с Запада сумел порвать совсем ненадолго. Когда-то эти земли звались Дортонион. Нолдо не добирался досюда в странствиях, и лишь слышал про величественные сосны, поющие в небесах, и звенящие ручьи. Теперь же от прошлого остались покореженные, изуродованные древесные стволы, ещё хранящие на телах следы пожаров Браголлах, а новая растительность казалась больной, злой и опасной. Родник, из которого Нумендиль сумел вчера наполнить чудом уцелевшую флягу, горчил, но, к счастью, вода оказалась не ядовита. Новых источников с той поры, однако, не встретилось.
Воин пытался идти скрытно, держась оврагов и ложбин, как мог, обходил открытые пространства, но лесная разведка давалась ему непросто, и уже два раза орочьи стаи проходили мимо каким-то чудом. Нолдо понимал, что, попадись ему орки поумней или те, что на волках, обученных чуять эльфов, - и ему придётся драться до смерти, чтобы не случилось худшего: попасться к врагу живым. Но, пока силы не оставили его, он упрямо шёл на юг, к горам. Не чтобы отыскать путь в свой драгоценный город, нет: пока есть малейшая опасность быть замеченным, об этом не приходилось и мечтать. Но Нумендиль умел выживать в горах, знал и понимал их: там можно было сокрыться, залечить неглубокую, но не затягивающуюся рану от стрелы на боку, сложить поминальную песнь по погибшим...
На этой мысли он обычно задыхался ненавистью к врагу, свежей памятью о крови и телах, по которым пришлось ползти, как по земле, едва не рыдая от гнева, стыда и жалости.
"Как я посмел выжить?" - Нумендиль остановился и выпрямился, как мог, держась за кривой ствол, в его глазах стояли слёзы.
Не лучшая минута, чтобы услышать с другой стороны луга оклик:
- Аийа!
"Эльда?" - Нумендиль не поверил себе. В предрассветной мути не разобрать, но кому ещё мог принадлежать чистый, звонкий голос. - "Беглец, как и я, быть может, раненый? Или морок?" - нолдо слышал про каукарэльдар, и знал, что сейчас можно встретить любую нечисть, ибо Моргот выгнал на войну всех тварей. Огляделся: врагов и лазутчиков не видно, - отер слёзы с глаз и быстро, хоть и не бегом, пересек открытое место, ориентируясь на оклик. Пригляделся к сплетению теней меж деревьями, но вплотную подойти не рискнул - а лица не разобрать было, воин неплохо укрылся в подлеске.
- Suilad, - проговорил он, - ты ранен? Покажись, пожалуйста.

0

5

Аикарамат

Неизвестный замер, застигнутый окликом. Но несколько мгновений - и родич быстрым шагом пересек луг и оказался всего в нескольких метрах от Аикарамат.
Пока нолдо подходил, феаноринг внимательно рассматривал его - усталый от долгих скитаний, в такой же разодранной броне как и сам роквен, это был эльда из Второго Дома, судя по цветам. Видимо из народа Финдэкано.
- Suilad, ты ранен? Покажись, пожалуйста.
Слова звучали на синдарин и Аикарамат поморщился, но тут же подумал: "Первое о чем спросил родич - не ранен ли я." - роквен почувствовал укол совести.
- Прости, - ответил перводомовец на квэнья, выходя из-под защиты ветвей. - Мое имя Аикарамат, я верный Лорда Тьелкоромо. - Даже в этой ситуации, наверно выглядя со стороны нелепо, ободранный воин приложил руку к груди и вежливо поклонился, словно они встретились в одной из библиотек Тириона. - Благодарю, мои раны почти затянулись. И лучше сейчас думать не о них, а о том как выбраться отсюда и не получить новых. - При этих словах кривая усмешка легла на его лицо. - А как ты? Ранен? Есть хочешь?
Теперь, когда эльфы стояли лицом друг к другу, феанориг смог рассмотреть герб на котте нежданного товарища - герб Нолофинвэ... Но кто мог выйти в битву с гербом давно погибшего Лорда? Аикарамат прищурился и посмотрел на родича. Правильно ли он догадывается? И тут эльда показалось что лицо квэндо Второго Дома ему было знакомо...

0

6

Тусклого света хватило для того, чтобы разобрать черты лица эльфа. Осунувшийся, грязный, он тем не менее был вполне узнаваем. Тем более, что в последний раз, когда Нумендиль видел его, свет вокруг был подобен нынешнему. Чад от факелов, дым случайно вспыхнувших пожаров, закрывший звезды темного Валинора: Алквалондэ.
Верный Тургона отчетливо помнил кровь на одеждах нолдо, когда тот всходил на корабль вслед за кем-то из сыновей Феанаро. В душе Нумендиля тогда не было гнева: лишь непонимание, растерянность - такая же, как в момент известия о гибели короля, - страх перед случившимся и странное чувство разделенной вины. Гнев пришел позже: когда один за другим оставались во льдах родичи и друзья.
Воин назвался и поклонился вежливо, видимо, в нынешнем состоянии узнать валинорского знакомого оказалось непросто. В другое время Нумендиль постарался бы обойти Аикарамата подальше, в лучшем случае - скрыв враждебность под маской отчужденности. Но теперь, когда кровь эльдалиэ заливала Анфауглит, превратив пепел в грязь, когда, казалось, тьма затопила мир, отворачиваться от сородича показалось преступлением.
- Нумендиль, из народа Нолофинвэ, - он также перешел на квэнья, и слова звучали вежливо, но холодно. - Мое ранение не заслуживает внимания. У меня есть немного воды, - нолдо непроизвольно сглотнул. Еды он не видел уже несколько дней, не считая нескольких найденных съедобных корешков трав, которые показались ему вкуснее пиршественных яств.
Со стороны могло показаться, будто два случайно встретившихся на дорогах Белерианда эльдар ведут вежливую беседу, и нет рядом врагов, путь их безопасен, сон - спокоен, а завтрак обилен. Но где-то вдали, за пределами досягаемости, взвыл волколак либо иная тварь, а с другой стороны ответили. Движимый сумасшедшим напряжением последних дней, голфинг резко обернулся на звук, хватаясь за рукоять меча, хоть и было очевидно, что этот враг покуда далеко.

0

7

Аикарамат

Похоже родич тоже узнал Аикарамат. Отчуждение и холод пронеслись по его лицу. Ведь не могло быть так что нолофинвинг до сих пор не мог преодолеть вражду к нолдор Первого Дома в целом?
- Нумендиль, из народа Нолофинвэ
Так вот оно что... Нумендиль... из народа Нолофинвэ... - и это правда.
- Мы давно не виделись, - усмехнулся эльда.
- Мое ранение не заслуживает внимания. У меня есть немного воды
- Надеюсь что в тебе говорит разум, а не гордость, - качнул головой роквен. - Прости, за мной погоня. Так что они ищут любые следы, и окажутся довольны схватить тебя ничуть не меньше чем меня. Придется идти - и сейчас же. Но у меня есть то, что можно жевать в дороге, - вдруг весело улыбнулся Аикарамат.
Но долетевший звук отдаленного воя стер улыбку с губ.
- Нужно идти, - уже сурово повторил эльф и взглянул на Нумендиля.
Уже делая шаг в сторону, нолдо скинул с плеча мешок с сухарями и протянул родичу. - Хватит надолго. А там еще раздобудем. И воду найдем где пополнить. Главное уйти от них сейчас.

0

8

С трудом заставив себя расслабиться и выпустить рукоять клинка, Нумендиль повернулся к Аикарамату.
- Тут все время кто-нибудь да воет, так надоело прятаться, - ответил он от души.
Многодневный бой, страх и отчаянье вымотали нолдо, а теперь квэнийская речь и присутствие рядом эльда - живого, относительно невредимого - вдруг заставили проявить эту удивившую его самого искренность.
- Может, они и не за тобой идут.
С благодарностью принял мешок.
- Откуда у тебя такие сокровища? - подивился, заглядывая внутрь. Помедлил, чтобы отстегнуть флягу, отдал ее феанорингу. Хотел было проявить гордость и спрятать еду до привала, но не выдержал, забрался в мешок и через секунду уже хрустел сухарем.
Нумендиль не спрашивал, куда идет Аикарамат, но, когда тот сделал шаг назад, в переплетение ветвей, последовал за ним. В конце концов, у него был запас еды воина.
В направлении, противоположном сигналам волколачьей стаи, пожженные семнадцать лет назад остовы гигантских деревьев, как страшные часовые, хранили меж собой заплетенный колючим кустарником молодой лес. Удобные тропы виднелись издалека, и Нумендиль выбирал их, хоть и старался держаться самого края, где деревья бросали длинные тени на опасные прогалины.

0

9

Аикарамат

- Тут все время кто-нибудь да воет, так надоело прятаться.
Аикарамат с удивлением глянул на родича, но ничего не сказал. "Откуда же ты тут такой взялся? И что ты имеешь ввиду? Что тебе просто не нравится прятаться, а хочется честного боя? Или то что ты последние долгие годы не привык таиться, отправляясь на разведку?" - но нолдо не стал спрашивать. Ибо в случае если им не повезет, лучше знать меньше чем больше.
И тут только феаноринг заметил что было вставшее меж ними напряжение рассеялось.
- Может, они и не за тобой идут.
- Вря ли, - вздохнул эльда. - Я бы хотел что бы было так, но... стоит исходить из худшего.
Они свернули вглубь леса и быстрым шагом (феаноринг смотрел может ли его родич поддерживать темп) двинулись дальше. Роквен держал путь на восток, надеясь пройти через Анах и спуститься к Димбару. Затея... не лучшая, но другой пока не было. Быть может Нумендиль что-то предложит? Хотя что здесь предложишь... Но товарищ, как минимум, имел права знать куда его хотят вести.
-Я хотел пробраться в Димбар через Анах. Мне не кажется эта идея хорошей, я не знаю кто контролирует Анах и контролирует ли, но... других мыслей пока нет. Быть может ты что предложишь?
А родич тем временем принялся за еду. Правильно. Подход опытного воина. Не известно когда удастся сделать привал - сперва надо найти какое-то безопасное место. "Быть может я и не прав и Нумендиль прекрасно знает что такое вылазки на территорию врага."
- Откуда у тебя такие сокровища?
- Убил несколько орков и забрал как трофей. Зато теперь остальные меня ищут. - Коротко обрисовал ситуацию нолдо. По тому что совершенно не хотелось говорить: "Я таскал еду у орков, ту что выглядит съедобной." Подобное признание было... ударом по гордости. И уж если феанорингу и приходилось заниматься таким то рассказывать - было уже выше сил.
Аикарамат принял флягу, благодарно кивнул и отпив глоток вернул флягу родичу. Долго держал воду во рту, прежде чем проглотить - старый трюк как напиться за несколько глотков.

0

10

- Я бы хотел что бы было так, но... стоит исходить из худшего, - проговорил Аикарамат.
Оставалось только промолчать в ответ на такую самоуверенность. "А отчего же не за мной?" - но нолдо не сказал этого вслух, понимая, что не голос разума говорит сейчас в нем.
А феаноринг спросил про цель его пути - тогда Нумендиль почувствовал тревогу. Он верил, что его король сумел отступить, вернуться в Город с теми, кто выжил. А если и нет: Гондолин по-прежнему защищала стража, оставленная для обороны мирных эльфов, дев и детей, - но сильнее всего прочего его спасала тайна. И голфинг не смел довериться никому: ни другому нолдо, ни деревьям и кустам, ни злым туманам, скрывающим неизвестно каких шпионов врага.
- Я шел к горам, - ответил он так,чтобы его слова прозвучали как можно более равнодушно. - Просто оттого, что они кажутся мне безопасней этих лесов. Я не очень хорошо знаю здешний край,- признася он, помедлив. - Только по картам.
Услышав о происхождении сухарей (хоть и самому следовало догадаться), Нумендиль чуть мешок не выронил. Но взял себя в руки, ибо негоже брезговать хлебом, пусть и орочьим. "Да и с голодом, от которого то и дело кружилась голова, не поспоришь", - признался он сам себе. Кивнул, обменял мешок на флягу, и уже закрепил ее на поясе, когда проклятый волколачий вой раздался словно за ближайшей лощиной, уходившей вправо, как рана на теле холма.
- Надо в лес, - сквозь зубы процедил он, обреченно глядя в колючие дебри.

0

11

Аикарамат

- Я шел к горам. Просто от того, что они кажутся мне безопасней этих лесов. Я не очень хорошо знаю здешний край. Только по картам.
Феаноринг пристально посмотрел на родича и промолчал. Эльф из народа Нолофинвэ, знающий эти места только по картам и не чувствующий себя в безопасности в лесу... Да, рядовое явление.
Спутник удивился узнав откуда сухари. "Ты бы еще больше удивился зная обо мне побольше" - с каким-то отвращением подумал про себя роквен. И тут резко приблизившийся волк разорвал почти сложившуюся идилию.
- Надо в лес - Нумендиль был явно не в восторге.
- Мы и так почти в нем. - фыркнул Аикарамат. - Если тварь возьмет наш след ничто не поможет. Но шанс еще есть.
Какое-то время беглецы пробирались молча, почти бегом. И вдруг феаноринг обратился к родичу.
- Враг близко. Нас могут найти. - короткие фразы, позволяющие не сбить дыхание. - Обменяемся коттами. И не смотри на меня. Если я что-то подозреваю, то и кто-то из врагов сможет понять. Я же помню с кем ты был дружен. - Короткие фразы кончились и роквен взял старого знакомца за локоть. - Наша гордость не позволит выкинуть котту с гербом, да и толку с этого мало. Враг спросит с нас за все по тому что мы нодор, и не важно чей герб носим. Но от тебя ему есть что требовать, а я бесполезен. Обменяемся одеждой. Тогда ты будешь обязан с честью носить герб моего Лорда, - феаноринг жестко улыбнулся, понимая какую цену заламывает, хоть и сам тому не рад, - а я буду носить цвета Нолофинвэ. И даже если меня сломают - я не смогу ничего выдать. А ты - сможешь. Я не считаю что ты слаб или малодушен, но тому кто не знает проще не проболтаться.

0

12

Кустарник пытался вцепиться в волосы и одежду, тело, ломившее отусталости, не желало слушаться, как следовало, и эдьда бежал тяжело, как бы ни хотел передвигаться ровно и бесшумно.
- Враг близко. Нас могут найти. Обменяемся коттами. И не смотри на меня. Если я что-то подозреваю, то и кто-то из врагов сможет понять. Я же помню с кем ты был дружен.
Нумендиль так поразился словам феаноринга, что споткнулся о выступающий корень и едва не упал.
- Ты... узнал меня, - трудно бежать, продираясь по кустам, и сохранять ледяную надменность, потому в голосе невольно прозвучало истинное чувство: давней незабытой обиды. - И ты мог помыслить... что я пойду на обман? Думаешь, всякий нолдо готов предать родича?
- Наша гордость не позволит выкинуть котту с гербом, да и толку с этого мало. Враг спросит с нас за все по тому что мы нодор, и не важно чей герб носим. Но от тебя ему есть что требовать, а я бесполезен. Обменяемся одеждой. Тогда ты будешь обязан с честью носить герб моего Лорда, а я буду носить цвета Нолофинвэ. И даже если меня сломают - я не смогу ничего выдать. А ты - сможешь. Я не считаю что ты слаб или малодушен, но тому кто не знает проще не проболтаться.
"Да как он смеет считать, что я стану прятаться за его спиной!"
Нужно было сказать что-то, что навсегда заставило бы нечаянного спутника забыть об оскобительных предложениях. Говорить, что изменников среди его народа не водилось, было явно долго и недостаточно. И Нумендиль сказал самые оскорбительные слова, что пришли ему на ум.
- Думаешь, я надену герб твоего Дома? Лучше убить орка и забрать у него плащ! - вырвав руку из руки Аикарамата, бросил он презрительно.

0

13

Аикарамат

Эльф вовремя взял родича за локоть - то поскользнулся и запутался в корнях.
- Ты... узнал меня. И ты мог помыслить... что я пойду на обман? Думаешь, всякий нолдо готов предать родича?
Оскорбление наотмашь ударило по феанорингу, сердце болезненно сжалось, словно пронзенное иглой. Не ждал Аикарамат таких слов после всего что было, после Нирнаэт, где вся кровь перемешалась и где никто не мог упрекнуть Первый Дом в отсутствии стойкости... хотя предательство и погибель пришли именно от них, через их вассалов-людей. Хотелось сжать до боли кулаки, но вместо этого нолдо заставил себя сохранить невозмутимость на лице. Словно он ничего не слышал.
- Думаешь, я надену герб твоего Дома? Лучше убить орка и забрать у него плащ!
Роквен усмехнулся, но не стал говорить что пункт "убить орка и забрать его еду" уже выполнен. С гордого родича вполне станется отказаться от пищи, а это не то что им обоим сейчас надо.
- Да, я узнал тебя. Но я не знал что за время что мы не виделись твоя гордыня выросла настолько что затмевает твой разум. Мне все равно как ты относишься к моему Дому. Но ты таскаешь в себе ответственность за множество нолдор. И в своей непомерной гордыни ты уверен что тверже камня и несгибаемее вяза. По этому если ты попадешься - все что будут отделять Город от гибели - твоя гордыня. И, ослепленный ею ты в гневе отталкиваешь мою помощь. - И эльф заговорил с издевательски-пафосной интонацией. - О дорогие мои жители, моего любимого Города! Я столь высоко ценю себя, что запросто решил пренебречь вами! Лучше вы все сдохнете или станете рабами в Ангамандо, чем я приму помощь от ненавистного мне феаноринга!

0

14

- Замолчи! - и без того бледный нолдо совсем посерел. - Нас могут услышать.
Издевательские слова отдались болью в сердце, пробудили потаенный страх, который Нумендиль гнал прочь, как мог. Он рассчитывал умереть, сражаясь, биться с врагом, если потребуется, до последней капли крови. Но, придя в себя там, на поле боя, на телах убитых друзей, он испытал ужас от осознания, что может оказаться среди пленных, которых, говорят, Моринготто высоко ценил, используя как рудничных рабов и источник информации о светлых землях. Но откуда оркам знать, кого они схватили, - если такая участь и ждёт беглецов?
- Если ты не скажешь, кто я, никто и не узнает, - бросил он, успокаиваясь. - Только сдерживай свои речи, несмотря на желание уязвить меня, иначе и волколаки могут подслушать твои слова из дальних кустов. Достаточно намеков.
Он не знал, пойдёт ли теперь феаноринг одним путём с ним, но двинулся вперёд, позволяя тому выбирать. Сомнение грызло его сердце: в бешенстве он припомнил Аикарамату обиды за весь Первый дом, за решения, что принимал не он, а его князья. А нолдо сдержался в ответном обвинении, отвечая о делах нынешних, не всему Дому Голфина (жив ли кто-нибудь ещё вне Города?), а лично ему, Нумендилю.
Воин вздохнул - рана на ребрах отдалась болью и, кажется, снова потекла сукровицей. Он знал, что следовало держать свой гнев при себе, да только сил и мудрости не хватило.
"Буду ли я стоек, если случится худшее? Сулимо, охрани нас".
Лишь в одном не сомневался он: хуже нет, чем прикрыть свою слабость чужой готовностью помочь.
"А говорили, воины Тьелкормо презирают закрытые города", - он был почти рад, что не нужно смотреть в глаза валинорскому знакомцу.

0

15

Аикарамат

- Замолчи! Нас могут услышать.

- Предлагаешь нам поговорить так, что бы нас никто не подслушал? - не удержавшись съязвил эльф. Он был задет. Задет куда сильнее чем мог показать. Он желал защитить своих родичей, не думая из какого они Дома, не думая что они делали все последние столетия мелких и более серьезных стычек и битв; он просто не хотел что бы еще кто-то из эльдар погибал. Итак ничего не осталось после Нирнаэт. И нолдо готов был рискнуть своей шкурой, что бы дать народу Турукано на один шанс больше. А что феаноринг получил в ответ на свое стремление? Плевок в лицо. Плевок от гордеца для которого личная ненависть важнее чем судьба его народа. Холодная улыбка заиграла на лице роквена. - Что же. На тебе, самоуверенный гордец, лежи ответственность и их судьба. И только тебе решать принять ли помощь или оттолкнуть. И все же, пока мы не выбрались в надежные места, я не откажусь от своего предложения и буду рад его выполнить. Мне нет дела до твоих обид и оскорблений, по тому что каких бы призраков не рождал твой злой язык, я хотел сделать это не ради тебя. А ради народа нолдор, который я защищал с того дня как прибыл в Нолдолондэ, и который смог бы защитить и теперь! - Аикарамат замолчал поняв что из-за гнева его голос уже куда более громок чем того хотелось бы и стоило.
- Если ты не скажешь, кто я, никто и не узнает. Только сдерживай свои речи, несмотря на желание уязвить меня, иначе и волколаки могут подслушать твои слова из дальних кустов. Достаточно намеков.
Презрительный и насмешливый ответ обрушился на голову феаноринга окончательно вызывая желание замолчать и больше не произносить не слова. Нолдо не думал что его родич прав и стоит опасаться того, что лес подслушает их, но к былой теме возвращаться не стал. Вместо этого решил предостеречь:
- Если бы мы наткнулись на орков в лесу, нас бы вполне могли убить. Но так как за нами послали погоню... за мной, но и тебе теперь от нее не отвертеться, то орки постараются взять нас живыми, что бы доставить своим господам. Никогда не задумывался - кто командиры над этим сбродом? А теперь подумай еще раз, могут ли они разбираться в гербах и не их ли это обязанность?
Но это паршивец, из Второго Дома, развернулся к нему спиной и пошел прочь. Словно указывая кому здесь вести, а кому следовать. С яростью Аикарамат сжал кулаки. В любой бы другой ситуации - он бы был уже так далеко как мог, не желая делить компанию с родичем. Но сейчас выбора не было. Он не мог бросить другого эльфа одного, зная что за спиной идут волколаки, он не мог оставить хранителя Тайны одного противостоять Року, и... он видел как скверно выглядит Нумендиль, как тяжело ему дается дорога. Не кидать же раненого родича. Феаноринг с легким металлическим шуршанием вытянул из ножен меч. Если враг рядом лучше быть наготове. Еще и этого гордеца прикрывать... С мрачной решимостью, почти ненавистью, на лице, нолдо догнал нечаянного спутника.
- Ты лжец. - Слова отдавали холодом металла. - Ты едва идешь от ран и усталости. И ты должен был сказать мне об этом честно, а не ублажать свою гордость.
Впрочем... вымещай не вымещай праведного гнева - это не изменит ситуации. Нужно было убираться отсюда и искать прибежище. В Дортонионе было множество мелких летом речушек. Добраться бы до одной из них - вот спасение. Вода отобьет запах, камни скроют легкие следы. И в нескольких часах впереди должна быть такая речка. Надо всего лишь добраться до нее раньше кем враги выйдут на их след.
- Молись, если тебе еще осталось кому. До нашего спасения всего несколько часов. Нужно только дойти. И что бы на наш след не вышли те, что топчутся сейчас хоть и за спиной, но все еще вслепую. И что бы впереди не напороться еще на кого... И будь честен о своем состоянии! Тебе предстоит несколько резвых часов - ты понимаешь? Ты выдержишь?
Язык верного Тьелкоромо был куда более хлесткий и менее изысканный, чем язык Нумендиля. Дело было не в том что нолдо Первого Дома страдал от плохого воспитания, просто... когда постоянно сражаешься с орками, волколаками и прочими тварями, такое обычно случается.

0

16

- Пусть я и пробираюсь через бурелом, подобно медведю, объевшемуся пьяной ягоды, - да только твой голос еще громче. Может, покричим, чтобы орки не пропустили? - ответил Нумендиль ехидно.
- Если бы мы наткнулись на орков в лесу, нас бы вполне могли убить. Но так как за нами послали погоню... за мной, но и тебе теперь от нее не отвертеться, то орки постараются взять нас живыми, что бы доставить своим господам. Никогда не задумывался - кто командиры над этим сбродом? А теперь подумай еще раз, могут ли они разбираться в гербах и не их ли это обязанность?
Ему вдруг припомнилось, как в безмятежные годы Валинора Мелькор откровенно сторонился его товарища, Турукано, хотя и всегда любезно приветствовал их дружескую компанию, встретив на улицах или площадях Тириона. Узнал сородич - узнает и тот, что празднует победу сейчас на Севере.
- Не каждого же случайного нолдо пытаются обезоружить, чтобы доставить к господину? - упрямо процедил он, отбрасывая со лба налипшие волосы.
Феаноринг вытащил из ножен меч, это было слышно, хотя неестественно тяжелое для эльфа дыхание и отвлекало внимание, заставляя слушать собственное тело громче чем мир вокруг. Понятная предосторожность в кишащем врагами месте. Он нагнал непрошенного сотоварища, и лицо его искажал гнев. Нумендилю вдруг почудилось, что острие клинка может оказаться у его горла. Так уже было когда-то - хоть и не с ним. Но он отогнал наваждение, напоминая, что бесчестно судить вассала по деяниям лорда. И поймал себя на отвратительной мысли, что принял бы сейчас смерть как избавление. Мгновенное и милосердное расставание с роа - и вот уже впереди лишь палуба корабля Морниэ и серые арки Чертогов, которых он зачем-то избегнул в битве. "Трус!" - одернул он себя презрительно, чувствуя, что все глубже проваливается в незримый мир.
- Ты лжец, - эхом внутреннего голоса прозвучало обвинение. - Ты едва идешь от ран и усталости. И ты должен был сказать мне об этом честно, а не ублажать свою гордость.
Нумендиль негромко фыркнул, приостановился и выразительно оглядел с ног до головы феаноринга: осунувшегося то ли от голода, то ли от постоянной боли, покрытого недельной грязью и засохшей кровью, с побитой в нескольких местах кольчугой. Почему-то сейчас, когда мир разрушился у него на глазах, резкости от сородича, скорее, пробуждали его к жизни, чем вызывали новые обиды. Возможно, оттого, что нолдо в глубине души понимал Аикарамата: гнев лучше отчаяния.
- Молись, если тебе еще осталось кому. До нашего спасения всего несколько часов. Нужно только дойти. И что бы на наш след не вышли те, что топчутся сейчас хоть и за спиной, но все еще вслепую. И что бы впереди не напороться еще на кого... И будь честен о своем состоянии! Тебе предстоит несколько резвых часов - ты понимаешь? Ты выдержишь? - часть слов прошла мимо его сознания, но общий смысл речи нолдо услышал.
"Не слабей тебя", - хотел было высказаться он, но устыдился и ответил, понимая, что может подвести своей слабостью Аикарамата. - Я понимаю, что нужна скорость и скрытность, и сделаю все, чтобы не навлечь беду. Ты иди, а я попробую не отставать.
Путь беглецам преграждал овраг с осыпающимися склонами, из которых торчали наружу черные корявые корни. Глубоким овраг не выглядел, но снизу поднималась тяжелая жуть, будто эльдар наткнулись на разоренное, но исполненное злобной памяти гнездо чудовища.*
Перекличка волчьей стаи тем временем затихла. Отстали они - или, напротив, приблизились достаточно, чтобы приближаться бесшумно, не спугнув добычу?

0

17

Аикарамат

- Пусть я и пробираюсь через бурелом, подобно медведю, объевшемуся пьяной ягоды, - да только твой голос еще громче. Может, покричим, чтобы орки не пропустили?
Феаноринг вскинул голову, но промолчал. Слова были обидны, но справедливы.

Наступившее неловкое молчание нарушил высокомерный ответ. Родич не верил и смеялся над нолдо:
- Не каждого же случайного нолдо пытаются обезоружить, чтобы доставить к господину?
- Мы не случайные. - Отрезал эльф. Было обидно - не поддайся он тогда гневу, сейчас бы можно было идти спокойно, а не бежать из последних сил. И не подставлять под удар воина из Ондолиндэ. - Я не удержался и убил несколько орков, когда у них был привал. Враг наверняка решил что я засевший здесь мститель. А второго Берена им точно не надо. За мной идет погоня уже два дня... Двое суток, - признался нолдо. - Когда нас найдут, будут стараться взять живьем. Учти это. - И вдруг эль широко улыбнулся. - Это даст нам преимущество. Они будут вынуждены осторожничать с нами, а вот мы сможем рубить без помех.
Когда эльда нагнал Нумендиля, тот был совсем бледен, словно прозрачен. "Плохо то как!" - подумал роквен с жалостью и раздражением одновременно. Нолдо Города окинул феаноринга насмешливым взглядом и покачнулся.
- Я понимаю, что нужна скорость и скрытность, и сделаю все, чтобы не навлечь беду. Ты иди, а я попробую не отставать.
Отчаянное желание дать квэндо в ухо за такие предложения отразилось на лице Аикарамат. Но на раненного руку было поднять не мыслимо. И эльф заставил себя съесть еще одно оскорбление.
- Я бы тебя с радостью кинул. И как только мы доберемся до своих - так и сделаю. Но пока ты носишь на себе эту тряпку - нолдо кивнул на котту с гербом, - я от тебя никуда не денусь. И если нас схватят - то только вместе.
Эльф смирил свою ярость и постарался говорить так что бы его трудно было понять двояко:
- У тебя нет причин меня любить, но я прошу тебя - ради своего долга, прими мою помощь. Я могу поделиться с тобой силой. И это будет проще чем тащить тебя на себе. А еще ты не сказал - куда ты ранен?
В разгаре бега и перепалки эльфы не сразу заметили куда привела их дорога. К оврагу, полному жути. Феаноринг распахнул глаза, от удивления и узнавания, отшатнулся, инстинктивно закрываясь рукой с мечем и за ремень отталкивая родича к себе за спину. Страх, гнев и отвращение вспыхнули на лице роквена. С секунду он смотрел видящим взором перед собой, в овраг, а затем резко развернулся и с какой-то злостью глянул в направление откуда беглецы только что пришли.
- Между Тенью и волколаками! - зло рассмеялся воин.

0

18

Воин Тьелкормо рассказал свою историю, и, несмотря на всю ее безрадостность, стало как-то легче. То ли от того, что они, наконец, просто говорили, а не обменивались оскорблениями, то ли потому, что Аикарамат сделал то, о чем мечтал и сам Нумендиль уже который день: избавил мир хотя бы от нескольких тварей врага, пятнавших лик Арды.
Эльда серьезно кивнул - и встретился с гневным взглядом, чуть не отшатнувшись.
- Я бы тебя с радостью кинул. И как только мы доберемся до своих - так и сделаю. Но пока ты носишь на себе эту тряпку, я от тебя никуда не денусь. И если нас схватят - то только вместе.
Почти неосознанным жестом Нумендиль прижал руку к груди, туда, где был нашит герб - последнее его знамя.
- Пока живы защитники, война не проиграна, - эта мысль преследовала его последние дни, но он не находил слов, не знал, как сформулировать ее до этого момента. Но теперь говорил убежденно и горячо, словно объяснить другому эльда свою правоту было сейчас жизненно важно. А, может, так и было. - Я не предам чести зваться воином моего короля, хоть уста мои и сковывает обет молчания.
"Надо предупредить, что Враг может меня узнать", - но подумать об этом чуть дольше не вышло.
- У тебя нет причин меня любить, но я прошу тебя - ради своего долга, прими мою помощь. Я могу поделиться с тобой силой. И это будет проще чем тащить тебя на себе. А еще ты не сказал - куда ты ранен? - услышал нолдо, прекрасно знавший, что значат слова "прошу тебя" для всякого гордеца-феаноринга.
Сжав руку в кулак так, что обломанные ногти впились в ладонь, он попытался ответить, как ответил бы любому из воинов своего отряда:
- Тогда мне придется тащить тебя. Моя рана неглубока и неопасна, стрелой порвало кожу на боку... только почему-то не заживает, только разрастается.
Нумендиль собирался с духом, чтобы добавить: "И я попрошу о помощи, если потребуется", - но путь оборвался черной щелью в земле, откуда поднимался почти физически осязаемый страх, и Аикарамат сделал такое, чего никак не ожидал от него голфинг. Вскинул меч, защищаясь от невидимого врага, и оттолкнул сородича за спину, закрывая собой.
- И думать забудь!, - в тот же миг воин обнажил клинок, желая встать рядом. А феаноринг обернулся, с черным отчаяньем на лице, и проронил, рассмеявшись зло:
- Между Тенью и волколаками!
-Ты узнал эту напасть? - передумав возмущаться, задал вопрос Нумендиль. Он вглядывался во Тьму, а оттуда ему улыбались и скалились разверзтые волчьи пасти. Хотелось обратиться за помощью к Манвэ, воззвать к свету Звезд и свежим ветрам в бескрайнем светлом небе, но это призвало бы к безумцу всех тварей Врага, что обитали поблизости, особенно тех, что поумней орков.

0

19

Аикарамат

- Пока живы защитники, война не проиграна. Я не предам чести зваться воином моего короля, хоть уста мои и сковывает обет молчания.
Услышав это нолдо молча склонил голову. Теперь ему нечего было возразить. Он понял стремление родича и не мог не уважать его.
- Я буду рядом, - вдруг спокойно ответил бешеный феаноринг. - По крайней мере столько, сколько смогу. Пусть твоя судьба будет легка. - словно благословение выговорил эльф и отпустил плечи Нумендиля.
- Тогда мне придется тащить тебя. Моя рана неглубока и неопасна, стрелой порвало кожу на боку... только почему-то не заживает, только разрастается.
- Не придется. Я дам немного - что бы хватило на двоих. У меня есть в этом опыт. А рана твоя меня беспокоит. Очевидно это яд, если не темные чары. При первой возможности осмотрим.
Аикарамат никак не ожидал увидеть здесь чары Саурона - ибо были это они, или что-то безмерно на них похожее. Но и голфинг, не зная что именно они встретили, рассмотрел идущее зло.
-Ты узнал эту напасть?
- Это чары Саурона, - словно сплюнул нголда. - Я видел их когда Саурон штурмовал Тол Сирион. Это страшное чародейство, оно направлено на самую душу. И теперь мы в ловушке. Позади нас - волколаки. Впереди... это.

0

20

Никак не ожидавший поддержки от феаноринга, Нумендиль посмотрел удивленно и благодарно. Но как же переменила их всех эта война... Неужели в противостоянии Моринготто они, разделенные некогда обидами, снова смогут увидеть друг в друге родичей? "Лед не вечен", - говорила когда-то прекрасная Ар-Фэйниэль, и,кажется, впервые Нумендиль поверил сердцем, а не рассудком, что она была права.
- Я отвечу тем же, - тихо проговорил он, с трудом веря реальности происходящего.
Даже тень, казалось, разжала стальную свою хватку - а, может, просто испугалась чужого света.
- Не придется. Я дам немного - что бы хватило на двоих. У меня есть в этом опыт. А рана твоя меня беспокоит. Очевидно это яд, если не темные чары. При первой возможности осмотрим.
- Яд, возможно, - эльда всегда считал себя довольно много знающим о мире и немалого достигшим в мудрости и мастерстве. Но сейчас раз за разом он убеждался в том, что все его навыки и таланты бесполезны в сложившихся условиях: разве что придется срочно строить укрепление из здешних скал. Ну, да, вырубая камни мечом, видимо.
- Я приму твою помощь с благодарностью,- слегка поклонился он, как учила вежливость при обращении к врачевателю. - Когда будет на то время.
Оглянулся, с затаенным страхом понимая: сейчас времени нет.
Нумендиль успел перевести дух, но незримый мир как будто был ближе здесь, на кромке оврага, и призраки манили за собой.
- Саурона ведь одолела Лутиэн? - тихо, произнося имена почти шепотом. - Ты видел его в битве? Наверное, сейчас он уже в Ангамандо, делит добычу вместе с хозяином, - с ненавистью добавил эльда.
Тьма на дне оврага казалась черна и непроницаема, но боковым взглядом в ней то и дело улавливалось движение. Сейчас корни выглядели живыми и подергивались, как змеи. Но почти у ног нолдор виднелся относительно удобный спуск, без видимых осыпей, с каким-то подобием уступов, которые при некотором желании можно было использовать как ступени.

0

21

Аикарамат

Феаноринг с непроницаемым лицом осматривал овраг, заполненный живой темнотой и удобный спуск, так неожиданно появившийся здесь - и так вовремя.
- Это все выглядит очень похожим на ловушку, - мрачно повторил он. - Если мы останемся здесь, то попадемся волколакам и нас постараются схватить, но и мы убьем сколько-то врагов. Если двинемся вдоль оврага - мы лишь слегка отсрочим тот же финал. Ели спустимся в овраг - возможно мы сами придем в лапы Тьмы, но уже вряд ли сможем кого-то с собой захватить. И я не знаю где сейчас Саурон. Прошло десять лет с тех пор ка Дева одержала над ним победу. Кто знает - хватило ли Темному духу времени оклематься? Я не слышал что бы он участвовал в битве, но это может лишь значить что он не сражался в тех местах где бывал я.
Тяжелые мысли давили на нолдо. Он снова посмотрел на ущелье.
- Быть может Саурон и там, а быть может кто-то из его слуг, а быть может лишь тень его зла... Хотя для тени густовато...
И все же воин предпочел бы принять честный бой здесь, чем соваться в логово правой руки Моринготто. Но... родич едва стоял на ногах, ему не до боя. Здесь - его схватят. Пойти вниз - скорее всего пойти в ловушку, но все же есть призрачный шанс выбраться.
- Что ты выбираешь? - без тени эмоций, что бы не давить на выбор, спросил Нумендиля роквен.

0

22

Он закусил губу, но вдруг рассмеялся, тихо, но без зла: впервые в начала битвы.
- Там,.. там, где я живу, ты понимаешь, дети играют в прятки - и всегда выигрывает тот, кто осмелится спрятаться ближе всех к Башне короля. Пойдем вниз.
"Все равно хуже некуда", - подумал нолдо и первым ступил в овраг. Не случилось ничего, лишь голова закружилась сильней, и предрассветные краски выцвели еще немного.
Нумендиль обернулся к Аикарамату.

0

23

Аикарамат

Нумендиль засмеялся - легко и чисто, так что феаноринг даже вздрогнул от удивления. А потом с тяжелым сердцем смотрел как родич отважно, хоть и с трудом шагает в овраг, на слишком удобный спуск, почти что ступени...
Выбор был сделан и нолдо уже собрался остановить нолофинвионга, что бы настоять идти первым, как на поляну глухо рыча выскочили волколаки.

0

24

Волки взвыли, но не нападали, и эльда перевёл дух. Кажется, сюда тварям путь был заказан. Но назад пути не было, и следовало спешить, чтобы не проверить на собственном опыте, что будет, если погоня рискнет сунуться в это страшное логово.
Нумендиль осторожно шагал вниз, проверяя ногой спуск. С каждым шагом становилось холоднее, уже на десятом шаге нолдо показалось, что открытые руки немеют от мороза, и руки прекращают слушаться, влажная кольчуга покрывается тонкой коркой льда, а дыхание смерзается у лица снежным крошевом. Он оскользнулся и замер, остановился, не смея идти дальше. У ног извивались снежные змеи: чудовища или просто поземка, не разобрать. Пытались оплести сапоги, звали прилечь. Нолдо хотел отступить в сторону, но пригляделся и увидел, что то были не змеи, а руки, тянувшиеся к нему, словно в ожидании помощи. Из земли? Или из трещины во льду?
Он присел, коснулся их, забыв, где он и что происходит вокруг. Холодные, непослушные пальцы соскальзывали с остывающих запястий, тонких, кажется, детских. Эльда стиснул зубы, моля валар дать ему сил, - но в ответ услышал лишь оглушающий скрежет льдин.
Идущий позади феаноринг не чувствовал мороза, не видел ни льда, ни рук. Он мог лишь разглядеть, что Нумендиль внезапно остановился, опустился на одно колено, и запястья его оплели чёрные шевелящиеся корни, что выходили из земли.

0

25

Аикарамат

Нолдо похолодел и выставил перед собой меч но... злые твари словно не видели его. Морды дергались принюхиваясь, невидящие газа смотрели сквозь эльфа... И феаноринг понял что чары Саурона сокрыли их. И испытал противоестественное облегчение, и радовался... Но - где родич и что с ним?
Темные струи тумана тянулись и свивались вокруг нолдо, но не смогли причинить вреда, по тому что эльф не успел в тот момент думать о себе - где раненый родич и что с ним - вот единственное что сейчас занимало нолдо.
О если бы он знал о руках тянущихся из льдин! Тогда бы Аикарамат остался бы здесь навсегда, на ступенях, разодранный и замороженный этими руками. Но он не видел их. И по тому и не думал что родич может пожелать придушить его на месте за все то зло, что было содеяно по вине Первого Дома.
Ослепленный заботой о нолофивинге нолдо слетел по ступеням вниз и подхватил оседающего Нумендиля.
- Потерпи! Слышишь!? Еще немного! Мы спустимся вниз и я разведу огонь, и промою рану, только держись! - яростно и требовательно повторял роквен, стараясь достучаться до сознания эльфа.

0

26

Нумендилю показалось, что его оттаскивают от полыньи; замерзающие руки подвели его, и тот, кого он пытался вытащить, ушёл под лёд и пропал. Нолдо оттолкнул непрошенно вмешавшегося эльфа, хоть и не было ничьей вины в том, что льдины сомкнулись, забрав ребёнка - как многих замерзших, оскользнувшихся, доставшихся холодному оскалу Хэлкараксэ. Слез не было - и не могло быть на таком морозе.
-...я разведу огонь, - донеслось до него сквозь поступающее небытие.
- Уходи, - он ещё раз попытался с силой оттолкнуть нежеланного помощника. - Я отдохну и догоню.
Эльда говорил неискренне: он знал, что лечь и закрыть глаза равносильно признанию поражения, равносильно смерти, которая не заставит себя ждать. Но неслышный голос нашептывал о том, что все давно умерли, лишь он остался - последним, почему бы и не поддаться усталости, ожидая, когда пронизывающий холод сменится предсмертным теплом.
"Последним? Кто тогда обещал развести огонь?" - сознательная, бесстрастная мысль прорвалась сквозь морок и слабость, несовпадение, что разрушает безупречную картину иллюзии, заставляя открыть глаза. Раненый бок взорвался болью. "Я... ранен?" Город. Битва. Бегство. Овраг - и товарищ по несчастью, что склонился над упавшим.
Заклятье распадалось, но пошевелиться не получилось, и мир погрузился во мрак.

0

27

Аикарамат

Аикарамат склонился над родичем. Тот выглядел скверно. Взгляд квэндо смотрел сквозь и видел что-то только ему ведомое; и в этом видении не было места для феаноринга - Нумендиль слабо сопротивляясь пытался вырваться, или оттолкнуть другого нолдо. Бред, или тяжкое видение владели разумом нолофинвинга. "Такое может случиться под чарами Саурона, но такое может случиться и от отравленной раны. Или от того и другого вместе." - хмуро думал феаноринг.
- Уходи. Я отдохну и догоню.
- Опять начал? Мы вроде это уже сегодня обсудили? - возмутился роквен, но родич не ответил. Его глаза прояснились, но лишь за тем что бы тут же закрыться: эльф соскользнуть в небытие.
- Плохо дело... - пробормотал феаноринг взваливая раненого себе на плечи. - Ты уж прости, - сказал Аикарамат бесчувственному телу, - я видел куда ты ранен, но по другому я тебя не дотащу. А тебе пока все равно.
Меч пришлось убрать в ножны, но сколько эльф не всматривался и не вслушивался, было не похоже что за ними продолжается погоня. Словно в ответ, откуда-то сверху донесся протяжный вой нескольких глоток. "Ну и что это значит? Что вы нас потеряли и расстроены? Или вы сообщили своему Хозяину куда именно мы делись? Или вы просто приветствуете это логово?" Мысли были не радостные и эльф заставил себя их отогнать. В этом месте лучше вообще не думать о плохом. Лучше вообще ни о чем не думать. Ступенька под ногой, еще одна. Вес на плечах - держать равновесие. Снова ступенька. Как долго еще спуск вниз? Нужно место для привала. Вон там, у черных валунов. Тут все черное. Не думать. Ступенька. "Положу и соберу хворост. Пока прогорает, раздену Нумендиля. Глиняную бутыль в угли - разогрею воду и промою рану."
Ступеньки кончились и феаноринг дотащил свою ценную ношу до защищенной с двух сторон камнями площадки. Скинул с плеч и бережно положил на землю. Не отходя далеко и продолжая проговаривать каждый свой шаг, роквен собирал хворост. Мертвого дерева было в изобилии, так что вскоре нолдо смог собрать хорошую кучу, которую навалил так что бы с третьей стороны тоже образовалась стена. Защита так себе, но все же...
В несколько ударов кремня эльф разжег огонь и маленький костерок занялся веселым, живым светом. "Так нельзя, - пробормотал про себя Аикарамат. - Если я буду пытаться защититься от чар тем что все время жую свои действия - я так точно с ума сойду. Должен быть другой выход".

- Лаиталиндо! - окликнул его старинным именем Непокоя знакомый голос... Очень знакомый голос... Эльф медленно, не смея верить, поднял глаза от огня... Но ничего не увидел.

- Я здесь! - продолжил тот же голос. Слова раздавались из тени под двумя скрученными деревьями. Сердце феаноринга забилось так, что казалось сейчас выпрыгнет через горло. В одно мгновение воин вскочил на ноги и, не глядя перепрыгнув костерок, устремился на зов.

Он стоял под деревьями. Еще величественнее и прекраснее чем нолдо его помнил.

- Лорд... - Аикарамат слонился перед Феанаро, встав на одно колено.

- Встань, - улыбнулся Куруфинвэ. - Хорошо что я тебя нашел. Мне нужна твоя помощь, пойдем.

Феаноринг поднялся. Радость захлестывала его. Он снова был подле Феанаро, лучшего из нолдор; и Лорд хотел его помощи. Да конечно! О чем может быть речь? Только...
- Лорд, я счастлив служить тебе, но я с товарищем. Я должен забрать его.

- С товарищем? Кто же это? - бровь главы Дома взлетела вверх и изогнулась.

- Один нолдо, из... - непроизвольно запнулся Аикарамат, - из народа Нолофинвэ.

На прекрасном лице Феанаро появилось легкое презрение.
- Брось его. - прозвучал короткий приказ. - Ты мне нужен. Идем! - в этот раз в голосе звучало легкое нетерпение.

Лаиталиндо, Прославляющий-песней Дом и Лордов во времена Непокоя, поднял свои глаза на Короля. Он не знал что делать. Просто не знал. Он не мог ослушаться Феанаро, по тому что лучше вот тут лечь и умереть. По тому что если он ослушается, то предаст все, и все жертвы что уже были принесены, тоже окажутся напрасны. Он должен бросить Нумендиля и идти за Фин-Куруфинвэ. Но нельзя бросать раненого, и нельзя бросать раненого здесь!
- Лорд, - осмелился возразить роквен, - наш родич ранен. Ему нужна помощь, его нельзя оставлять одного.

Гнев исказил лицо сына Тэриндэ.
- Ты смеешь предпочесть мне кого-то из народа моего полубратца? Где был твой новый друг во времена Непокоя? Так же ковал мечи как и мы? А где он был пока мы, были в изгнании, расплачиваясь за всех? Веселился в Тирионе? Не смотря на то что и он был виновен не меньше! И теперь ты предпочитаешь мне его компанию? - Казалось сухие деревья сейчас вспыхнут, столько жара, ярости и ненависти звучало в словах Феанаро, что он обрушивал на своего Верного. - Решай сейчас же! Или ты следуешь за мной, или я освобождаю тебя от твоей клятвы и больше никто в Доме не будет желать знать тебя!

Наверное если из тебя тупым ножом вырезают душу - то именно такие ощущения ты и испытываешь. Аикарамат не мог представить что бывает мука больше. Лорд был не прав. Но это было его право. А у Лаиталиндэ было его место.

- Я повинуюсь, мой Король. - Бесцветным голосом и не слушающимися губами произнес феаноринг. - И будь я проклят за это.

0

28

Аикарамат

Холодная улыбка искривила губы Феанаро. Совершенно чужая, нолдо никогда не видел что бы Лорд так улыбался; что-то в этой улыбке было не правильно.
- Молодец, - Похвалил Куруфинвэ, и даже потрепал Верного по плечу. - Не драматизируй. Зато ты со мной. И я запомню твою службу и оделю тебя милостями.

Глаза нолдо расширились, по тому что... Лорд говорил какие-то очень странные вещи. Не милостей искали Верные Первого Дома.
Феанаро двинулся прочь и Аикарамат покорно шагнул вослед. Не найдя в себе силы что бы обернуться и посмотреть на преданного им родича, безвольно распластавшегося у огня. "Хорошо хоть с ним осталась еда", - подумал феаноринг.
Они шли сумрачной тропой и деревья, словно расступались, раздвигали ветви, давая пройти нолдор. Это выглядело... странно, не правильно. Смутное беспокойство разрасталось в душе Аикарамат, но так еще не сформировалось в слова. Слишком много неправильного окружало Лорда.

- Так из какого народа, ты говоришь, твой друг? - равнодушным тоном, словно для поддержания разговора, спросил Феанаро.
Но Феанаро никогда не спрашивал чего-то просто так, для поддержания разговора.

0

29

Нолдо с трудом открыл глаза. До него дотягивался жар от костра, живительное тепло было приятно, хотелось пересесть поближе, но словно кто-то вытянул все силы. Боль от неожиданно напомнившей о себе раны чувствовалась, как сквозь действие обезболивающих отваров: глухо, издалека. У огня сидел Аикарамат, в руках он держал обнаженный меч и прямо сейчас поправил им дрова в костре, как случайной веткой.
- Ты вытащил меня, спасибо, - выговорил Нумендиль, припоминая собственный кошмар.
- Зачем я только сделал это? - мрачно отозвался феаноринг. - От тебя слишком много проблем. Если бы не ты, я сейчас был бы далеко отсюда, за пределами опасности.
Эльда понимал, что тот прав, как ни отвратительно казалось осознание. Он приподнялся на локтях, думая, что сможет сесть, а потом встать, но почему-то сделать это не удалось.
- А сейчас ты прикидываешься раненым, чтобы я возился тут с тобой, пока нас не отыщут орки, - грубо добавил сотоварищ по несчастью. - Ты слишком слаб, чтобы считать себя нолдо.
Нумендиль хотел возразить возмущенно, но не нашелся, что сказать. Жестокие слова Аикарамата были правдой.

- Ну и... уходи, - только выговорил он.
Но услышал в ответ о другом:
- Где ты отсиживался, пока мы своей кровью оплачивали покой Белерианда? Где ты был, когда твой король ушёл на поединок? - воин Тьелкормо поворошил угли клинком, глядя в костер, но глаза его отражали не огонь, а лёд. - Ты уже тысячу раз должен мне, как и всем тем, кто умер на этих войнах.
За спиной нолдо из темноты молча, как тени, выступили враги. Орки, люди в чёрных доспехах, они окружали сородича полукольцом, не обращая внимания на лежащего у костра раненого:
- Аикарамат, оглянись! - выкрикнул Нумендиль, но эльда все так же невидяще глядел в огонь

0

30

Аикарамат

- Так из какого народа, ты говоришь, твой друг?

Аикарамат сам не знал почему он решил, или даже осмелился, соврать, но ответ был таким:
- Он из народа Нолофинвэ, Лорд. Был одним из его Верных. И из любви к своему королю испросил у Финдэкано право в битвах носить цвета твоего брата. Ты вынужден признать, Лорд, что и Отважный, спасший Маитимо, и его отец, нанесший раны Моринготто, заслуживают нашего уважения.

С шипением Феанаро развернулся и лицо его было ужасно от гнева. И в тот же миг Аикарамат остановился. О чем он только думал?!

- Мой Лорд развеялся пеплом по ветру. - Сказал феаноринг, глядя в искаженное злобой лицо морока, или твари. - Но я так хотел видеть его, что забыл об этом. И я бы следовал за тобой, и мог бы много зла содеять, наверное, обманутый иллюзией, но ты поторопился. Ты стал задавать вопросы - и я вспомнил о Нолофинвэ, а через него - о Финдэкано, а через него - о плене Маитимо, и через это - о гибели Лорда. Иди прочь с моей дороги, порождение Саурона! И знай - мой Лорд никогда бы не бросил раненого родича. Он горяч, но не жесток. Когда ты потребовал повиновения в недостойном, тогда ты впервые зародил сомнения. Запомни на будущее! - смеялся нолдо плавящейся и расползающейся тени.
А потом развернулся и со всех ног бросился обратно - к раненому родичу.

0