Ardameldar: Первая, Вторая Эпохи.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Таур-на-фуин.

Сообщений 121 страница 150 из 733

121

http://sd.uploads.ru/t/Co91i.jpg

0

122

http://sf.uploads.ru/t/bHxDg.jpg

0

123

Огонь быстро разгорался, и тела павших в битве собратьев, собранные в курган, оскверненные волками и мародерами-орками, занялись быстро и легко, как сухие сосновые ветви. Нумендилю давно не приходилось стоять у погребального костра, но эльфийская неувядающая память подсказывала слова тризны. Он не произносил их вслух, лишь мысленно прощался с неведомыми эльдар, чей подвиг был не воспет пока в песнях - и неотмщен.

Он и Аикарамат - оба сейчас оставались наедине со своей скорбью, но старались держаться рядом, чтобы поддержать теряющего силы друга или прикрыть в случае возможного нападения. А отвратительная волчья перекличка звучала все ближе...

Но зашуршала опавшая хвоя - и к костру, не таясь, шагнул эльда. Живой, на первый взгляд не раненый, он держался свободно, не касаясь меча. На груди у него был вышит герб Финдэкано, павшего короля и брата его, Нумендиля, лорда и друга.
Мгновение радости было омрачено царапающей сознание неправильностью происходящего, но счастье встретить уцелевшего в битве сотоварища превышало сомнения.
- Suilad! - сказал Нумендиль. Так же он бесконечные полтора дня назад приветствовал в этом лесу Аикарамата. Но нечто удержало нолдо, и он не сделал шаг навстречу, оставаясь рядом с феанорингом.
- Айя! Собратья! Благодарю вас, что сожгли эти тела, но нам нужно убираться отсюда, на нас идет охота. Поспешите и мы сможем уйти от преследователей! Там есть укрытие, мы сможем передохнуть и поесть. - ясным голосом отозвался соплеменник.
И снова будто нота фальши прозвучала в идеально сыгранной музыке. Но голфинг не успел зацепиться за причину подозрений. Потому что Аикарамат, ничего не говоря и никак не отвечая на речь неожиданно появившегося воина Фингона,обернулся к погребальном костру, выхватил из огня горящую разветвлённую головню и швырнул её в эльфа. Это было настолько неожиданно, что Нумендиль не успел остановить руку феаноринга. Скорее инстинктивно, нежели осознанно, но, тем не менее, выверенным четким движением тренированного, хоть и вымотанного до предела тела он бросился между двумя эльфами, желая сбить факел, прикрыть новоприбывшего собой от нежданной атаки.

Чет - успел, нечет - не успел
[dice=7744-16]

+1

124

http://s3.uploads.ru/t/eHbzX.jpg

Аикарамат предпочитал погребальные костры курганам. Даже несмотря на сомнительные запахи, которые пропитывали одежду. И сейчас эльф сидел повернувшись спиной к пылающим останкам - в этом было что-то. Словно павшие родичи до сих пор продолжали защищать их - просторная часть за спиной и по бокам была безопана, ни одна тварь не посмеет приблизиться; а погребальный костер будет гореть долго, хватило бы дров вокруг.

По кустам слышались звук, выли волки, так что сердце невольно вздрагивало, и зеленые огни зловеще вспыхивали в темноте вокруг. Их окружили. Вот и конец. Сколько бы не продлилось это затяжное спокойствие - оно не вечно. Догорит ли костер, разгорится ли день, падут ли они без сил... Но одна мысль согревала и радовала - то время что Саурон потратил что бы схватить их хватило что бы отдать дань погибшим.

Аикарамат был почти спокоен, почти весел, продолжая обессиленно и насмешливо смотреть на пляшущие тени и окружившие их глаза волколаков, как вдруг... в круг света шагнула фигура.

Нолдо. Ночью. В Тар-на-Фуин. Свежий. Прошел сквозь волколаков и те не заметили. И приглашает нолдор идти на север. Уж говорил бы прямо - на Север. Это было больно и страшно видеть. А самое противное для феаноринга было то, что сейчас придется сражаться с родичем. Точнее с тенью, что приняла родное обличие. Да, именно так и надо думать, именно об этом и надо помнить... Как не вовремя напоминали о себе едва зажившие рубцы и травмы...

Не тратя сил на бесполезные разговоры феаноринг устало вытянул из огня разлапистую ветвь и швырнул в пришельца. Эльф был уверен что огонь развеет морок, но неожиданно вмешался Нумендиль, загородив, приняв на себя удар. Ветка отскочила от кольчуги упала на землю.

- Отойди от него - тихо прорычал Аикарамат. - Это злая тварь, а не родич!

Схватив вторую ветку, уже не выбирая, какую выйдет, нолдо сжав зубы встал-шагнул к нолфингу, намереваясь оттащить его от опасного гостя.

+1

125

-Так -то вы встречаете союзников? - Казалось пламя костра отразилось в глазах пришлого эльфа.
Нумендиль успел откинуть в сторону горящую головню.
А вот вышедший из темноты не растаял как другие мороки. Он спокойно стоял рядом с костром.
- Немногие способны сохранить разум в этом проклятом лесу. Битва кончена, но мы живы. Здесь бродят призраки и морок. Ты ранен и слаб, я прощаю тебя на этот раз. - сказал незнакомец Аикарамату. - Волки в лесу - призраки, не бойтесь их. Но отсюда надо уходить. В нашем лагере вы найдете еду и сможете перевязать раны.
Незнакомец пристально посмотрел на герб на котте Нумендиля.
- Мы носим одни цвета, кажется я припоминаю тебя. - Сказал он Нумендилю. - Как бы то ни было, мы намерены пробиться в наше Убежище. - испытующе глядя на него сказал эльф.  Он стоял рядом с костром, но ничуть не морщился от смрадного дыма и кажется не моргал вообще. Только пристально смотрел на нолдор Первого и Второго Дома.

+1

126

Аикарамат оттеснил товарища от пришельца, хоть и с трудом держался сейчас на ногах. В его руках вновь тлела головня:
- Отойди от него. Это злая тварь, а не родич!
Но незнакомец, не обращая внимания на слова нолдо, бестрепетно подошел к пламени, в котором сгорали останки убитых в битве воинов. Но лице его не отражались ни гнев, ни скорбь.
Поразительное умение владеть собой - или ему впрямь не было тяжко стоять рядом с огненной могилой? "Он бы еще протянул руки к пламени, чтобы погреться", - невольно подумал Нумендиль, но одернул себя.
Однако странно было встретить сородича здесь, в лесу под властью тени, да еще и ночью. Но не встретил ли он совсем недавно, перед рассветом, феаноринга, который стал ему за эти часы другом ближе, чем многие давние знакомцы?
- Волки в лесу - призраки, не бойтесь их. Но отсюда надо уходить. В нашем лагере вы найдете еду и сможете перевязать раны., - так же ровно, как и прежде, сообщил пришлый эльф.
- Хорошие вести. Так ты спасся не один? - отозвался Нумендиль, вновь поравнявшись с Аикараматом. Вера в реальность собрата таяла с каждым его словом, каждым жестом. Но ошибиться было недопустимо.
- Мы носим одни цвета, кажется я припоминаю тебя. Как бы то ни было, мы намерены пробиться в наше Убежище, - продолжил тот.
Действительно, лицо пришельца показалось отдаленно знакомым.
- Халлоссэ? - спросил Нумендиль. Когда-то, в Амане, он знал эльда, полунолдо - полутэлеро по крови, тот жил в основном в Тирионе и последовал за Нолофинвэ в Исход. Но тот, хоть и был спокоен, как снег горных вершин, не отличался бессердечностью к чужим смертям. Кто знает, как искалечила их бесконечная войн? Может быть, этот родич сейчас втайне переживает боль утраты, не желая доверить ее... Кому? Случайно найденным в ночном лесу эльфам?
"Тут полно мороков и обмана. Он слишком легко поверил нам!"

- Мы не покинем павших, пока не догорит костер, - твердо ответил Нумендиль, незаметным движением сдвигая ножны так, чтобы рукоять меча легко ложилась под ладонь, и словно бы случайно подошел чуть ближе к костру - и к неизвестному, прикрывая теперь уже Аикарамата.  - Хочешь - оставайся тут, с нами. Если волки всего лишь мороки, бояться пока нечего. Наша тризна не богата вином, но и вода - славный напиток, если поднимать фляги в добрый путь ушедшим, во славу Улмо и на погибель Тьме, - он выговаривал имена, пристально всматриваясь в глаза того, кто выглядел эльфом. - Выпьешь с нами за смерть и поражение Моринготто?

+2

127

- Да -  коротко кивнул тот, кого Нумендиль назвал Халлоссэ. Он достал флягу с пояса.
- Да найдут их души покой. Да не будет их гибель напрасна. Да будет повержен Враг. Да будет жива Надежда.- Он сделал глоток из фляги и протянул ее Нумендилю. - И да настигнет месть предателей. -слова его были тяжелы и мрачны.
Аикарамат стоял молча, обессиленный.  Лес Ужаса, ужасный костер, Тьма и боль от поражения. Похоже было, что он проиграл свою битву с Врагом. Неизвестно как ему удавалось до сих пор стоять, и неизвестно как удалось развеять Тень.
Говорят в испытаниях закаляется тело и дух. Есть ли Грань Духа?Как найти ее? Остается ли что-то, когда все выгорает и душа готова освободиться от гнета тела и найти покой в садах Лориэна? И говорят еще, всегда испытания выпадают по силам. Так ли это? Кто знает.....

+1

128

http://s1.uploads.ru/t/Meyxh.jpg

Мир казался очень тяжелым и давящим прямо на плечи. Нолдо ощущал это давление физически, и это заставляло пошатываться.

Незнакомец заговорил и Аикарамат... был вынужден признать что он был не прав. Как бы не казалось невероятным - но это и правда был родич:
- Да будет жива Надежда. - "Не будут Темные говорить о Надежде", пронеслось в оскальзывающем сознании. - И да настигнет месть предателей. - "О ком это он? Народ Ульфанга?" - какая-то странная мысль толкалась в глубине головы, но ей не удавалось прорваться сквозь плотный туман, затопляющий сознание феаноринга. Словно одна из сосен, нолдо покачнулся и рухнул под ноги пришедшего.

"Я бросаю тебя..." - погасла последняя мысль.

+1

129

- Да найдут их души покой. Да не будет их гибель напрасна. Да будет повержен Враг. Да будет жива Надежда. И да настигнет месть предателей, - произнес тот, кто вышел к костру, и отпил из фляги.

Трудно было полагать, что эти слова способен произнести призрак, рожденный врагом. Как бы ни было странно его появление. Нумендиль протянул руку, забирая протянутую флягу.
- Мне неведомо, о каких предателях ты говоришь, - отозвался он. - Здесь, над светлым пламенем, я вспомню о мужестве и стойкости и скажу: да будет Намо милосерден к павшим героям.
От близости жара костра во рту снова пересохло, но эльда, вспомнив обычай, вылил вино в пригоршню и плеснул в огонь.

В этот миг друг, которого Нумендиль на мгновение потерял из виду, предавшись скорбным мыслям, молча рухнул на землю. Нолдо не успел даже как следует поддержать его, замедляя падение, лишь, быстро опустившись на колено, подставил руку в последний момент, не позволяя удариться головой. Вскинув глаза на пришельца, оказавшегося в неприятной близости от бессознательного Аикарамата, эльда протянул ему флягу.
- Благодарю тебя, Халлоссэ. Мой товарищ ранен и нуждается в отдыхе. Ты останешься с нами?
И все-таки, хоть разум и глаза говорили обратное, нолдо не до конца доверял тому, кто выглядел как собрат. А потому  краем сознания отмечал, что можно будет сделать, как защитить себя и друга, если гость окажется   темной тварью.

+1

130

-да, не лучшее место, чтобы падать без сознания. Ему нужно согреться и перевязать раны. И лучше не дожидаться здесь орков и темных тварей.
В голосе Халлоссэ  мелькнула тень презрения. -Проверь,не умер ли он. - эльф взял флягу и закупорил ее.
Он склонился на Аикараматом.
-Жив.хоть и очень плох. Ты позволишь мне помочь нести его? Надеюсь ты не подумываешь бросить его здесь?

0

131

Слова эльфа - впрочем, Нумендиль все больше сомневался в том, эльф ли перед ним, - заставили нолдо замереть на долю мгновения. От неожиданности и странного отвращения. Он поверил бы во многое, только не в презрительное отношение к жизни другого квэндо. Оброненное мимоходом подозрение в предательстве только усугубило ощущение : никто из эльдар не бросил бы обвинение в одном из худших преступлений вот так, между делом.

Нумендиль хотел ответить гневно и жёстко, но тёмный - вряд ли просто морок , раз бесстрастно стоял у огня - склонился над Аикараматом. Близко, совсем близко, не вмешаться вовремя, если тот решит навредить беспомощному другу
И, вставая с земли, он отозвался небрежно, будто так ничего и не понял:
- Никто не бросит раненого товарища без помощи, разве не знаешь? Или ты проверяешь меня, тот ли я, за кого себя выдаю? Позволь, я докажу.

Положил руку на плечо незнакомцу, поверх котты и кольчуги. От скрытой ярости сознание прояснилось и даже, кажется, вернулось подобие сил. Нолдо поднял склонившегося пришельца, не выпуская плечо, пристально посмотрел в глаза.
- В доказательство я скажу, что останусь здесь, у костра, с другом, пока он не придёт в себя, пока погребальный костёр горит, пока чёрные чары этого места не в силах захлопнуть ловушку. Ты можешь уйти или остаться с нами, но не приближайся к моему товарищу на длину меча. Я не верю тебе.

И оттолкнул пришельца прочь, впрочем, позаботившись, чтобы тот не мог упасть в огонь.

+1

132

Эльф пошатнулся,но не упал.Наоборот,рука Нумендиля казалось прилипла к ледяному плечу,липкий мрак обжёг тёплую руку. В глазах незнакомца сгустилась первобытная Тьма.
-ты и сам на краю гибели.-глубоким и жутким голосом произнес он,сверля взглядом глаза Нумендиля. -со мной справиться посложнее,чем с тенями и тебе это не по силам. Он злобно рассмеялся
Из темноты возникли оставленные морды волколаков.Они успели окружить погребальный костёр.
Сквозь личину эльфа проступал высокий черный силуэт. Губы скривила злорадная усмешка.

+1

133

Ладонь, коснувшуюся чужого плеча, сковал холод, растекся по костям, лишая руку подвижности. Тьма заглянула в глаза, и отчаяние подступило к горлу. Но бояться, сомневаться и печалиться о допущенных ошибках было поздно. Оставалось только драться, так хорошо, как только возможно для измотанного эльфа. Не думая о безнадёжности, забыв о голоде и усталости, помня лишь о том, что есть лишь этот миг, эта схватка - и ничего, кроме неё, нет сейчас на свете.
Нолдо сжал зубы, и не тратя силы на попытку разорвать контакт, одним движением вытащил меч из ножен. Лезвие вспыхнуло, отразив огонь костра, замерло, не достигнув пяди до бока противника, оставляя возможность для короткого замаха.
- Проверим, чья сталь лучше: меча работы мастеров, учившихся у Аулэ, или твоей кольчуги? - выдохнул он. - Отзови волков. И отойди на длину клинка. Как я приказал.
Говорить длинными фразами становилось все сложней, Нумендиль берег силы. А призрак менялся на глазах, и в какой-то момент эльда померещилось, что рядом с ним, обжигая дыханием ненавистного мрака, стоит сам Саурон. 
Хуже всего было то, что распростершийся на земле Аикарамат оказался слишком близко к противостоянию.

0

134

-Неплохо.в  тебе ещё осталось много сил.-Темный отвёл клинок Нумендиля рукой в сторону. -побереги их .Я слышал дивный голос, наверное это был менестрель.Кто пел из вас двоих?И взгляни вниз, тебе достаточно света нашего прекрасного костра? Видишь,моя нога на горле твоего родственника?-темный вопросительно посмотрел на нолофинфинга.-брата?Хотя вы из разных Домов!Или это твоя возлюбленная?Вас сложно различить,а теперь сплош и рядом эльфийские девы идут воевать с Тьмой!Нет?
С треском  просела толстая ветвь в костре,подняла в воздух сноп искр и чья то обугленная рука просительно протянулась из огня к темному.
-посмотрим,кто быстрее, ты, или майяр?
Злое наслаждение сквозило в темном.Ни следа от красоты перворожденного не осталось в его искаженном лице. -кто сложит костёр для тебя?Кто вспомнит тебя?Кто сложит о тебе песню?Ты сгинешь в Темном Лесу, станешь ещё одной тенью.Хотя,если ты кузнец,то я буду милостив к тебе.Если ... Попросишь.

+1

135

Нужно было проверить, правду ли говорит Тёмный про Аикарамата, но нельзя отводить глаз от врага, ослабить внимание хоть на секунду.  Впрочем, эльда почти не сомневался: тот не лгал. Боковым зрением он замечал движение в погребальном костре, слышал приближающихся к кругу света волков - но заставил себя сконцентрироваться на противостоянии, не позволяя думать об ином. В поединке важно забыть сомнения и страхи, иначе ты проиграл заранее, - кажется, так говорил Глорфиндэль на тренировках? Сейчас не время вспоминать.
Сам того не зная, Тёмный придал ему сил. Цена проигранного боя была несоразмерно велика. А смерть в бою - не худший выбор. Если бы Нумендиль оказался сейчас один против тени, он бы так и сказал. Но умирать, не защитив друга, он не имел права.

- Ты слишком много говоришь, - процедил он. Невозможно хотелось сбросить руку с плеча, но приходилось искать преимущества в том, с чем не в силах справиться.

Враг отвел меч рукой, и клинок оказался в стороне, почти на вытянутой руке. Для замаха, чтобы прорубить броню, недостаточно. И всё-таки...
Нумендиль ударил, не пробуя на прочность кольчугу, а наверняка,  обратным ударом сверху вниз, в бедро чуть выше колена, рассчитывая подрубить противнику ногу.

0

136

5+  Сумел дотянуться до врага
[dice=1936-16]

+1

137

http://s9.uploads.ru/t/uvZ08.jpg

Хохот темного разнесся далеко по сгоревшему лесу.
- Ты жалок! Какой удар!  Волколаки вторили ему.
Он перехватил руку Нумендиля своей ледяной рукой и сильно сжал кисть, выворачивая из руки клинок с неожиданной силой.
Сзади к эльфу подошла женщина и четким движением обрушила ему на голову удар рукоятью клинка. Но с целью не убить, а оглушить.
Чет оглушила, нечет нет. [dice=3872-16]

Я накажу тебя за это. Грозно прорычал темный своей нежданной помощнице.

0

138

Эльфов поглотил мрак. Были ли они в прекрасном Лориэне, или просто в небытие, никто не знает.
Сколько продолжалось беспамятство сложно сказать.
Сознание возвращалось к ним неохотно, мир кружился вокруг, уходя их под ног.
В очередной раз раздался удар бича, после чего тела пленников окатила ледяная вода. Либо вода была морская, либо в нее что-то было добавлено, так как раны от ударов начало немилосердно жечь и щипать.
- Они скоро придут в себя, - произнес женский голос, я дала им целебных трав и обработала раны.
-Убирайся- резко произнес мрачный и надменный голос. - ты хорошо поработала, можешь и сама отдохнуть.
Над эльфами навис темный. В этот раз он принял обличие нольдо в простой черной котте, без гербов и украшений.
Их окружал багровый полумрак. Пещера простиралась довольно далеко, в ней было жарко и чадно. Чадили факелы на стенах, а недалеко от пленников горел огонь в небольшом горне.  Цепи, что оплетали их запястья были не слишком толстыми, но прочными. Они были подвешены за цепи на руках на крюках, вбитых в камень пещеры над их головами. Ноги так же опутывали цепи.
Кроме них в помещении было еще с десяток эльфов в клетке у дальней стены. Пещера примерно 20 метром в диаметре. Из нее есть три выхода. в центре горн и инструменты.
- Вы пропустили самое начало - издевательски сказал им темный. - Но я сам скую для каждого по ошейнику, так что рад, что вы уже в сознании. Помню некогда ваши родичи часто приходили ко мне за советом. - Да вы и сейчас можете стать моими учениками, Если сведущи в кузнечном деле. Работы у вас будет много, и еда в изобилии, если конечно сможете отобрать ее у орков!
- Темный засмеялся. - Я велел отмыть вас и залечить раны, не люблю неряшливость и грязь. - Так что вы теперь мои должники.
- я подожду, когда вы сами будете просить, чтобы я выслушал ваши рассказы, а пока повисите тут некоторое время.
После этого Темный отошел к горну. Провел рукой по инструментам, которые были разложены в идеальном порядке. Он пристально посмотрел в горн и огонь запылал красным и фиолетовым, рассыпая яркие искры.
- Ноин, неси заготовку! -крикнул он, перекрывая гул горна.
Из темного прохода появился приземистый и крепкий гном с полосой железа в руках.
-Клади в горн.
И гном положил толстую полосу железа в огонь.
Заготовка раскалилась, и темный взял в руки небольшой молот с выбитыми на нем рунами и начал петь и ударять в ритм по заготовке молотом. С каждым ударом, железо чернело и свивалось в круг. Гном держал полосу клещами.
Удары молота громом отдавались в ушах пленников, головы казалось лопнут от пения и стука.

0

139

Свистнул ремень, обжигая ребра, выдергивая сознание из милосердного забытья. Возвращение в тело оказалось ужасным. Горели свежие раны, невыносимо ломили суставы вытянутых до предела рук, последствиями недавнего оглушения болела и кружилась голова. Нолдо застонал, еще не осознавая, где находится, но услышал мерзкий голос:
-Убирайся. Ты хорошо поработала, можешь и сама отдохнуть.
"Женщина?" - мельком удивился. Но вода, которой его окатили, заставила на время забыть о посторонних мыслях и рассуждениях. Зато сомнений в том, что происходит, больше не оставалось. Нумендиль бы с радостью отключился снова, однако нежданный душ принес не мгновенное облегчение, а новую боль. Упавшие вперёд волосы намокли и повисли сосульками, а жаль: было бы так удачно прятать за ними искаженное страданием лицо. Самоконтроль возвращался ещё медленнее, чем сознание, и сохранить холодное равнодушие не получилось.
С трудом подавив еще один стон, нолдо поднял подбородок. Перед ним возвышался, нависал тёмным пятном в чадной полумгле недавний противник. Хоть лицо и обличье были эльфийскими, за квэнди его сейчас не принял бы и ребенок-эдайн.
- Вы пропустили самое начало, - сказал Чёрный, и насмешка заставила Нумендиля собраться с силами и стиснуть зубы. Впрочем, смысл следующих слов был ещё оскорбительнее, чем интонации.
- Но я сам скую для каждого по ошейнику, так что рад, что вы уже в сознании. Помню некогда ваши родичи часто приходили ко мне за советом. Да вы и сейчас можете стать моими учениками, Если сведущи в кузнечном деле. Работы у вас будет много, и еда в изобилии, если конечно сможете отобрать ее у орков!
Нумендиль знал о том, что попавшим в плен эльдар приходится сталкиваться с чудовищными вещами: с попытками заставить служить и подчиняться, с мучительными допросвми и страшной казнью, но про ошейники слышать ему не доводилось. Он хотел ответить что-нибудь достойное, но задохнулся и вовремя не нашёл слов, лишь понадеялся, что непонимание, сомнение и гнев не отразились в его глазах.

- Я велел отмыть вас и залечить раны, не люблю неряшливость и грязь. Так что вы теперь мои должники. Я подожду, когда вы сами будете просить, чтобы я выслушал ваши рассказы, а пока повисите тут некоторое время.

С этими словами Чёрный отошёл к горну, а нолдо с трудом осмотрелся. Слева от него, так же, в цепях, полуобнаженный и беспомощный, висел Аикарамат, кажется, едва пришедший в себя. У дальней стены, в клетке Нумендиль к ужасу своему разглядел и других эльфов. Кто-то лежал, скорчившись, на полу, кто-то смотрел на эльда в ответ, вцепившись в решетку.
"Те, кто вызывали к Элентари", - понял, холодея от осознания чужой беды.
Раздался окрик врага, и в жуткую пещеру вошёл длиннобородый гном, неся полосу металла. С поклоном он выполнил приказ умайя, и Нумендиль, облизнув горько-соленую воду с губ, выговорил, демонстративно игнорируя тёмного:

-Разве одному из свободных мастеров пристало быть мелкой прислугой в никчемной работе, Ноин? А я-то слышал, будто гномы непревзойдённым искусники...

Голос прозвучал хрипло, незнакомо, но не сорвался на стон - уже удача.
А пещеру наполнили удары металла о металл и песнь искажения. Нолдо отвернулся, прижался щекой к плечу. Безумно хотелось запеть что-то в ответ, но в голове будто подземный огонь пылал, и слов было не вспомнить

0

140

http://s1.uploads.ru/t/0AEJw.jpg

Аикарамат услышал свист почти одновременно с тем как его спину обожгла боль, и нолдо услышал собственный непроизвольный стон. Наверное этот звук заставил эльфа подобраться лучше чем что либо. Феаноринг распахнул глаза и дернулся, и тут поток ледяной воды обрушился на его спину. Холод заставил выгнуться, истерзанная спина отозвалась болью, но вскоре первая боль померкла перед второй - когда злые капли начали разъедать свежие раны. Аикарамат сжал челюсть и заставил себя встать прямо и перестать дергаться. Еще раньше чем взгляд успел окинуть картину вокруг, эльф уже понял где он и что произошло.

То же что открылось глазам... сжало сердце болью. Роквен надеялся то придет в себя в камере и все время что понадобится на восстановление ран, они с Нумендилем смогут быть в относительной безопасности. Но беглого взгляда на, кричащую болью в суставах, руку хватило что бы понять - раны затянули чародейством. А друг точно так же приходил в себя и подавлял боль по соседству, справа от Аикарамата. Гордо замерший с поднятым подбородком друг был прекрасен. И феаноринг едва улыбнулся, скрывая гордость.
Все же... как они попали сюда, что произошло? Очевидно тот пришелец все же был врагом... событий было не восстановить и бывший роквен решил махнуть на это рукой.

Эльда заставил себя отвести взгляд от друга. Феаноринг понимал что хоть скоро он изменит свое мнение, но пока жара камеры (нет - пещеры!) прогревала и как-то примиряла с существованием. Их пленитель был тут же и старался в красках расписать свое гостеприимство. Темный издевался, но одна из его фраз была хуже всего что на данный момент мог вообразить пленный феаноринг.
- Но я сам скую для каждого по ошейнику, так что рад, что вы уже в сознании.

Нолдо искренне надеялся что его лицо не передало все ту гамму отвращения и панического "Нет", что он испытывал. И тут шальная мысль пронеслась в сознании пленного - "Дерзай! Надень на нас ошейники и в таком виде подари своему господину. Можешь заодно еще волосы остричь! То-то он порадуется что ты лишил его развлечения! Надеюсь ты его благодарность запомнишь!" - непроизвольно губы нолдо сложились в нехорошую улыбку-насмешку.

- Я велел отмыть вас и залечить раны, не люблю неряшливость и грязь. Так что вы теперь мои должники.

- Твои, - голос прозвучал неожиданно сипло, - должники? Что же - назови себя, что бы мы знали кому со временем скажем спасибо за гостеприимство. Что ты за мелкий прислужник? У тебя хоть имя есть? - слова были надменными, а тон насмехался. Аикарамат прекрасно понимал что он делает, но... кому-то это нужно было сделать. И хорошо что Нумендиль не успел первым.

Безрадостным взглядом эльф пробежался по застенку - большая группа родичей в клетке. Кто-то стоял и неотрывно смотрел на новых пленников, кто-то сидел отвернувшись, кто-то лежал без сознания.

- Аийа, друзья! - воскликнул эльда на квэнья. - Мы хотели перевести дух и придти за вами, но Враг решил помочь и привел нас к вам сам. Теперь осталось лишь выбраться! - смех из улыбающегося рта звучал диссонансом в этом месте. Но от гнева и жалости феаноринг сжал челюсть и отвел взгляд. Благо это было не трудно - пылающий горн в центре притягивал взгляд. рядом были инструменты - но инструменты не для пытки, а для ковки. И это озадачивало.

Умаиа приготовился ковать и Аикарамат невольно и неотрывно смотрел за ним. Это было любопытство и одновременно отвращение кузнеца, который смотрел как работает другой мастер - пусть и лучший чем он, он Искаженный.
А помощником Темного оказался... гном. Эльда едва заметно скривился. Он думал что все "радости" будущей жизни ограничатся орками и казематами, а тут еще и гномы будут. Жизнь полна прекрасных сюрпризов! Нолдо ненавидел свободных существ выбравших служить Тьме чуть ли не больше сем орков, к которым просто относился как к грязи. - "Если только это и правда гном, а не морок", - напомнил самому себе пленник.

Однако скоро стало невозможным наблюдать за работой и постигать ее суть - чары, которые творил Темный были настолько мощными, что казалось молот бил прямо в голове.
Аикарамат схватился ладонями за цепи, впился в них как в опору, стараясь стоять прямо, лишь опустил разрывающуюся голову в низ. "Песни силы..." - как хотелось феанорингу возвысить свой голос и вмешаться в происходящее; разрушить чары и работу Саурона, прекратить их мучения... открыть что он кузнец и менестрель... Но эльда не осмеливался. Не теперь, когда он не один...

0

141

http://s8.uploads.ru/t/Sjz03.jpg
Работа спорилась. Темный работал легко, мастерски. Каждый удар менял полосу железа по его прихоти. Ровно, идеально, красиво. Гном пристально смотрел за работой умайа и глаза его выражали неподдельный восторг. Вскоре ошейник был готов, на концах полосы мастер пробил два отверстия, загнул края. Далее он закинул ошейник в огонь и взял толстую проволоку, раскалил ее и так и оставил в горниле. Черными знаками слетали его слова на раскаленный металл, в огне проступали они багровым и черным. Песня Силы продолжалась.  Гном алчно смотрел за работой. Вскоре первый ошейник был готов. Умайя принялся за второй.
Пленники в клетке были прикованы одной толстой цепью к решетке. Видно было, что они обессилены.
Странно, но в кузнице не было ни одного орка, но пока умайа работал, пришли еще четверо гномов и стали жадно смотреть на то, как он кует. Бороды гномов были короткие да и вдобавок опалены жаром кузен. Умайа заметил их появление, и лишь усмехнулся, но не прогнал.  Вскоре и второй ошейник был готов и руны пламенели на них. Темный бережно отложил молот.
- Все готово, скоро и вы сможете попасть к своим родичам в клетку. Он взял в руку раскаленный ошейник и поднес его к Нумендилю.
- Кому же из вас первому вручить свой дар? И не обидится ли второй? - он сделал вид что хочет примерить ошейник пленному нолофинвингу. а затем повернулся к Аикарамату. - Друг, ты так молчалив. Думаешь это ожерелье подойдет к твоим волосам?черное и красное. - он мечтательно задумался. Странно, но железный круг в его руках и не думал  остывать, наоборот, он светился вишневым, но руки умайа не обжигал.- Как ты думаешь, это станет достойным знаком твоей вины, феаноринг? Ведь ты любишь пламя?Ты тоже очарован им? он поднес ошейник к самым глазам Аикарамата. Полюбуйся, он совершенен. Но нет... он слишком легок.
Темный призадумался. Он протянул руку к подбородку Аикарамата и железной хваткой открыл ему рот. - Я-то думал ты язык проглотил! Интересно, умеешь ли ты кричать? - Издевательские глаза на прекрасном лице остановились совсем рядом с глазами Аикарамата.
- Знаешь, за что Властелин ненавидит вас, гордецов? А? За то, что осмелились смотреть ему в глаза! Пожалуй, я знаю, что нужно. Я напитаю свой подарок бременем каменной тверди, так что ты никогда не сможешь поднять свою голову настолько, чтобы посмотреть еще хоть раз кому-то в глаза!
Он залился злобным смехом. Гномы казалось тоже были напуганы и смущены. Эльфы в клетке роптали, но тихо.
Умайя подошел к Нумендилю.
- Храбрец!- Хочешь сразиться со мной?Куда тебе! Или хочешь чтобы я раскрыл тебе секреты мастерства?Станешь великим мастером, не то, что эти - он кивнул в сторону гномов. Сам он говорил на квенья. - Жаль, что они не понимают, что я говорю!- И снова рассмеялся. Он откинул слипшиеся волосы со лба Нумендиля. - Посмотри на меня, когда тебе еще придется поднять вверх голову?Интересно, сможешь ли ты потом любоваться светом любимых звезд и мечтать, что тебя спасут? Но нет. Вам не помогут, вы сами так помогли повелителю... стали падшими... и за что? За что убили своих собратьев?Они..... мешали, стояли на пути, жалкие беловолосые слабаки. Хорошо, что ваш король избавил мир от них. Видишь, не такие уж мы и разные. Что ты скажешь мне? Если ты попросишь, чтобы я послушал то, что ты мечтаешь сказать мне, то сперва подумай, насколько ценно то что ты захочешь сказать.
- Кстати... Я помню легенды о псах Валинора... Пожалуй я наделю твой ошейник чарами, чтобы ты как пес мог говорить только три раза в жизни!
Он остановился и наслаждался страданиями и муками. Он подошел к горну и гномы расступились перед ним. Он взял второй ошейник и задумался.

0

142

http://s7.uploads.ru/t/sI96P.jpg

Темная тварь проигнорировала слова Аикарамата, и работала с упоением и самозабвенно. Краем глаза нолдо видел что пришел кто-то еще, но уже не мог поднять головы. Очевидно чары заклинания действовали лишь на двоих пленных.

- Все готово, скоро и вы сможете попасть к своим родичам в клетку.
Феаноринг не разу понял что наступила тишина и слова доносились откуда-то из далека. Тяжело дыша эльф пошевелился, разжимая побелевшие пальцы, охватившие цепи, поднимая тяжелую и пустую голову. Волосы, некогда заплетенные в тугую косу давно растрепались и выбились, один из волосков щекотал нос и квэндо непроизвольно мотнул головой и фыркнул. Со стороны... это могло показаться что у пленника хватало сил и выдержки смеяться над мучителем.

Однако умаиа, с раскаленным ошейником в руках, направился к Нумендилю и Аикарамату сразу стало не до шуток. Эльф с ненавистью и спрятанной болью смотрел как чудовище приближается к другу.

- Кому же из вас первому вручить свой дар? И не обидится ли второй?

Роквен молчал и смотрел исподлобья. Ему показалось что сейчас безжалостные руки бывшего ученика Ауле сомкнут раскаленный обруч на шее эльфа и... это было ужасно... и хорошо одновременно. По тому что это была бы... относительно легкая смерть. Однако умаиа качнулся назад и нолдо к своему удивлению выдохнул - он и не заметил как задержал дыхание. Однако, "забавы" не кончились, а лишь начинались.

- Друг, ты так молчалив. Думаешь это ожерелье подойдет к твоим волосам? Черное и красное.

Как зачарованный смотрел феаноринг на светящееся темно-багровым железо. И стоило усилий что бы оторвать глаза и посмотреть в лицо твари.

- Как ты думаешь, это станет достойным знаком твоей вины, феаноринг? Ведь ты любишь пламя? Ты тоже очарован им?

- Что ты знаешь о пламени, жалкая безымянная тварь? - почти нежно, но при том презрительно спросил Аикарамат. И тут ему под нос сунули пылающий ошейник. Инстинктивно эльф дернул головой отстраняясь и снова попал в плен яркой полосы, притягивающей к себе зрение, словно глаза дракона. Но воспоминание о драконе, как ни странно помогло, отнесло в памяти к недавней битве, где Глаурунг разделил войско, и подняло в душе волну гнева. Скулы эльда вспыхнули и он вскинув подбородок взглянул на умаиа.

- Полюбуйся, он совершенен. Но нет... он слишком легок.

Темный издевался, а Аикарамат молча смотрел на него с ледяным презрением. И тут тварь схватила феаноринга за подбородок, сильные пальцы кузнеца умело разжали челюсть эльфа и нолдо едва не задохнулся от унижения на которое не мог ответить.

- Я-то думал ты язык проглотил! Интересно, умеешь ли ты кричать? - Холодные глаза с насмешкой изучали своего пленника, а нолдо внутренне похолодел. Он знал что скоро должно наступить время проверить умеет ли он кричать, но... одно дело знать, и другое когда тебе об этом напоминают с раскаленным металлом в руках. Эльф сделал бесплоезную попытку вырваться, и с холодной яростью посмотрел в глаза врага.

- Знаешь, за что Властелин ненавидит вас, гордецов? А? За то, что осмелились смотреть ему в глаза! Пожалуй, я знаю, что нужно. Я напитаю свой подарок бременем каменной тверди, так что ты никогда не сможешь поднять свою голову настолько, чтобы посмотреть еще хоть раз кому-то в глаза!

- Валяй, - засмеялся нолдо, и повел из стороны в сторону освобожденной челюстью. - Создай себе очередную иллюзию, например что ты покорил нас. - Феаноринг очень надеялся что испортит твари веселье.

Но когда Темный вновь развернулся к Нумендилю, Аикарамат глупо, тщетно, но повинуясь порыву, с яростью дернулся в цепях, приподнимаясь на цыпочки. "Не смей его трогать, тварь!" - хотел кричать квэндо, но, к счастью, сдержался.

- Храбрец! - Хочешь сразиться со мной? Куда тебе! Или хочешь чтобы я раскрыл тебе секреты мастерства?Станешь великим мастером, не то, что эти -Аикарамат не понимал о чем идет речь но догадывался что это продолжение разговора в лесу, что он пропустил.
Но нет. Вам не помогут, вы сами так помогли повелителю... стали падшими... и за что? За что убили своих собратьев? Они..... мешали, стояли на пути, жалкие беловолосые слабаки. Хорошо, что ваш король избавил мир от них. Видишь, не такие уж мы и разные. - Услышав подобные слова феаноринг не удержался и фыркнул. Что понимает Темный об их делах и стремлениях? И не считает ли он всех эльдар подобными Артафиндэ? И да и нет, и да и нет... но у каждого своя дорожка к тому кошмару. Нолдо искренне надеялся что враг не нащупает их собственные. А Нумендиль... тени Хэлкараксэ тревожили его куда больше теней Альквалондэ. Быть может Темный и вовсе не сможет задеть друга. Но враг продолжал:

- Что ты скажешь мне? Если ты попросишь, чтобы я послушал то, что ты мечтаешь сказать мне, то сперва подумай, насколько ценно то что ты захочешь сказать.

- А если ты не подумаешь насколько ценно мне то что ты захочешь сказать, то и не мечтаешь простить меня что бы я послушал. - прыснул натянутый меж потолком и полом нолдо. - Иди ко мне, я тебе столько всего скажу, что ты оркам будешь завидовать какие они по сравнению с тобой достойные и благородные.
Каждое движение бередило следы от кнута и доставляло боль, но эльфу было страшно и весело настолько, что он перебарывал свои страдания почти легко. Феаноринг не сомневался что скоро ему запихнут его слова в глотку, но... его так и так постараются вывернуть на изнанку - так что мешает хотя бы получить перед этим моральное удовольствие? И все же, когда Темный отступил, нолдо постарался незаметно поймать взгляд друга. Слишком... все быстро началось. Хотя... был ли смысл тянуть?

А в голове крутилось:
"...Еще чуть-чуть, а потом отбой,
Уж лучше бой чем ни жизнь ни смерть.
И страха нет - есть тоска и боль,
И крови нет - все забрал рассвет."

0

143

-Тише. - Темный прижал палец ко рту Аикарамата. - Не трать силы. Еще рано. Ты слишком слаб, отдыхай, копи силы. - Такими же словами Аикарамата однажды уже приветствовал целитель после боя. И это вызывало отвращение и скрытый ужас.
Темный наслаждался. И запел песню. На квенья. Песню нолдор-кузнецов. Чары, чтобы сталь стала гибкой и прочной, чтобы не могли ее разбить обычные орудия и мечи. Гномы жадно впитывали каждое слово. Их губы за спиной у Темного шевелились проговаривая Песнь.
Гномы запоминали. Напрасно он считал, что они не понимали квенья.
Темный закончил Песнь, ошейники в его руках стали серо-черными. Отталкивающе красивыми.
- Я вернусь, и ты расскажешь мне обо всем - Сказал он. - А сейчас мне нужны чары подземной Мглы.
С этими словами он направился к выходу из пещеры

0

144

Черная песня завершилась, и Нумендиль едва заставил себя поднять голову. Сознание мутилось; оказалось, черные чары выматывают не хуже яда в ране.

В пещере прибавилось живых. И снова гномы. Голфингу никогда не доводилось общаться с народом Аулэ, но он надеялся однажды встретиться с ними: знал, что у подгорного народа есть чему поучиться в мастерстве камнереза и рудознатца. И помыслить не мог, что кому-то из наугрим все равно, в каком искусстве совершенствоваться - в строительстве ли прекрасных городов или изготовлении орудий пытки.

Темный поднес к его шее раскаленную полосу: так майяр Аулэ придерживали голой рукой падающий горн, чтобы не пострадали случайно забравшиеся в мастерскую любопытные эльфийские дети. Нолдо инстинктивно попытался отстраниться, насколько позволяли цепи. Но когда враг повернулся к Аикарамату, Нумендиль понял, что страх раскаленного металла - не худшее на свете. Страх за друга хуже. Он едва сумел промолчать, вовремя осознав, что нельзя показывать слабость умайя, не давать ему повод для продолжения издевательств.
Но в конце концов, когда Темный вернулся и продолжил насмешки, нолдо почувствовал... почти облегчение. Унизительную, страшную смерть, которую сулил ему враг, как оказалось, не так пугала, если ею грозили ему - а не сотоварищу.

Прислужник Моргота заговорил о временах Исхода. Нумендиль слушал сквозь боль и странную радость, вызванную тем, что Темный отвлекся от друга, и почти не понимал смысл слов.

- Кстати... Я помню легенды о псах Валинора... Пожалуй я наделю твой ошейник чарами, чтобы ты как пес мог говорить только три раза в жизни! - издевательски проговорил враг.
Несмотря на оскорбительный смысл слов, нолдо сумел улыбнуться.
- Я... потрачу это право... не зря, - выговорил он. И впрямь, такое заклятие избавило бы от опасности выдать тайну. Так тьма, желая сломать гордость, могла обмануть саму себя.

Аикарамат нашел в себе силы ответить, насмешливо и пренебрежительно. Несложно было понять, что друг отвлекает внимание от него, но придумать что-то достойное в ответ не удалось.

А враг запел... на квэнья. Знакомые слова, много раз слышанная музыка, странно трансформировались, вызывая странное отторжение, будто в ней  звучала тень искажения.

Эльдар замерли, стиснув зубы. А Черный рассмеялся и вышел вон, оставив пленных наедине с самими собой.

Нумнндиль, помедлив, поглядел в лицо Аикарамату. Феаноринг ответил прямым, мужественным взглядом, и нолдо устыдился, собирая волю. Потом обернулся к наугрим и, медленно говоря на синдарин, произнес:
- Вам... интересны новые знания,.. о длиннобородые?

+2

145

http://s2.uploads.ru/t/S8YF1.jpg

Тварь проигнорировала слова Аикарамата, но, отсмеявшись, вернулась к феанорингу.

- Тише. Не трать силы. Еще рано. Ты слишком слаб, отдыхай, копи силы.

Цепи давали возможность отклониться, прогнуться, пытаться избежать соприкосновения - и нолдо понял что в этом есть свой расчет. Пленнику предстояло решать что он выберет: боль и унижение от соприкосновений с ним, или будет безуспешно изгибаться, пытаясь уйти. Но ловушка была в том что никуда не уйдешь, это лишь иллюзия свободы. С пленным все равно сделают то что пожелают, но он может позабавить палача своими плясками и ужасом. По этому нолдо остался стоять неподвижно, когда Темный приблизился. И лишь немного вздрогнул, ощущая палец на своих губах.
Сначала слова показались издевательски пугающими - не трать силы, еще рано - словно враг желал что бы пленник был готов с силами к началу настоящей пытки и потому спускает ему мелкие колкости сейчас. Но постепенно смысл сказанного начал доходить до эльда - Темный лишь повторял чужие слова. Слова принадлежавшие другому, в другом месте и времени. Глаза нолдо потемнели от гнева и столкнулись с глазами умаиа; тот наслаждался. "Откуда он знает?" - не известно и бесполезно спрашивать.

С ненавистью слушал Аикарамат песню своего народа, правда Искаженную, без упоминания Валы Ауле. Но его ненависть не могла помешать умаиа. Работа была окончена и два страшных предмета мгновенно остывали в руках того кто бежал от Кователя.

- Я вернусь, и ты расскажешь мне обо всем - Сказал он. - А сейчас мне нужны чары подземной Мглы.

Аикарамат ничего не ответил на обещание, глядя мимо умаиа. И стоял неподвижно пока Темный не скрылся из глаз и не покинул пещеру. А потом позволил себе опустить голову и повести затекшими плечами - но не больше, ведь подручные Темного еще были здесь. Все рубцы на спине немилосердно горели и казалось что боль не затихала, но наоборот. "Копи силы. Я вернусь, и ты расскажешь мне обо всем." - вот что занимал сейчас разум эльфа. Темный вернется и начнется настоящая пытка? Кого он выберет первым? Гордого феаноринга, или будет искать к нему ключ через Храбреца нолофинвинга? Нолдо понимал что именно ради таких мыслей его и оставили сейчас. Страх грядущего и сомнения должны были разъедать душу. Феаноринг усмехнулся. И тут раздался голос друга.

- Вам... интересны новые знания,.. о длиннобородые?

Аикарамат не выдержал и поморщился от отвращения. А потом отвернулся. Заговаривать с этими тварями, да еще в таком тоне... Эльфу было противно. Он хотел говорить с Нумендилем, но теперь видел что не получится. Что же... каждый отвлекается как может. Мягко и постепенно шевеля плечами что бы размять их, роквен слегка закусил губу - разминая плечи он тревожил спину. "Как ты там?" - со вздохом Аикарамат посмотрел на своего друга. Даже не спросить. И он перевел взгляд на пленников прикованных в клетке. Темный боялся их и держал скованными...

- Друзья, кто вы и как попали сюда? Скажите то, что не будет лишним. Я - нолдо Первого Дома. - Эльф не стал уточнять принадлежность Лорду. - Что нужно от вас безымянной твари? Мы слышали как кто-то призывал Элентари со дна ущелья и по тому узнали что вы здесь...

Наугрим феаноринг демонстративно игнорировал, не удостаивая даже презрительного взгляда.

+1

146

Темный покинул пещеру. Сразу стало дышаться легче, как будто тяжесть спала с плеч. Гномы кажется даже стали выше, чем были.
Даже пламя в горне посветлело. Жар и копоть никуда не делись.
Гномы угрюмо повернулись к нольдор. И тот, что помогал темному ковать сказал на синдарине с грубым и тяжеловесным произношением.
- Знания...Этот тоже обещал знания. А теперь мы застряли здесь. Какой прок в знаниях, если ты не можешь ими воспользоваться! Если честно, мы здесь такие же пленники, как и вы, но еще хуже. Вы в оковах и у для вас нет надежды, а мы надеялись добыть для своего рода знания, которые помогут нам стать лучшими оружейниками. Мы согласны были даже учиться у этого и наш род одобрил это. А теперь... Там снаружи нет даже воды и никакой пищи кроме той, что приносят орки. Да и самих орков там полно, а нашему роду ныжны все мы, живые и с заветными знаниями. - Наугрим сердито нахмурил брови. Ты по виду певец какой-нибудь, и уж точно не тянешь на кузнеца. Спасибо Даэрону, руны мы уже освоили. А стихи и песни писать я не намерен. Другое дело - железо, сплавы, руды!
Этот учил нас раздельно. Кто-то умеет работать с рудой, я с горном и железом, он делать инструмент, он броню, а он умеет чуять руды. Мы не можем пожертвовать ни одним из нас.
Один из гномов подошел к проходу, в который ушел темный.
Наугрим продолжил .
- Я не верю, что кто-то выйдет живым отсюда, а его ученица проговорилась, что скоро прибудет подкрепление из Твердыни Трех Пиков, и вас всех заберут в оковах. Вам не на что надеяться. Но и мы подслушали, что он пригласит нас с собой. А из Твердыни никто еще не возвращался. Эх,была бы тут хоть сотня наших родичей, а есть только жалкие остатки.
Гномы сплотились вокруг своего вожака.
В клетке послышалось шевеление и один из изможденных эльдар прохрипел. Нам нет надежды, мы думали, что погибнем в битве, но он немного подлечил нас и держит тут впроголодь и без воды, наших сил почти не осталось. Я из воинов Фингона, и кроме нас есть еще пленные. Больше сотни. Напрасно вы вернулись за нами. Мы слышали Песнь и вторили ей и были жестоко наказаны. Но...тьма не так сильна теперь. Не знаю, настоящие ли вы или очередной морок... - голова его бессильно откинулась на грудь и стон вырвался из его груди

+1

147

В пещере слегка посветлело, хоть дышать не стало легче: глубоко вздохнуть мешали свежие рубцы на ребрах, отзываясь болью. Хотелось подняться на носки насколько возможно, чтобы дать отдых рукам, но на него смотрели - и это не дввало проявить слабость. Нолдо понимал, что воспользоваться передышкой было бы разумно, но все происходящее слишком ранило гордость, чтобы прислушаться к логике.
На удивление, гном ответил. И его слова были не оправданиями - скорее, рассказом о том, как Тень сделала из них жертв. Слова об обмане вызывали сострадание, ведь и впрямь - Враг заманивал на знания и эльдар. Ломион бросил как-то между делом, что его отец открыл для себя многое в работе с металлами в кузнях Ангамандо, пока не сумел сбежать. Конечно, Эол был негодяем... Нумендиль оглянулся на Аикарамата и увидел на лице друга выражение нескрываемого презрения и ненависти к речи наугрим. Если бы те видели сейчас взгляд нолдо, то не усомнились бы, что одним раскаянием не вернуть доверия и уважения... Впрочем,.. раскаянием ли?
Нумендиль поглядел на подгорных жителей: они ни словом не обмолвились, что раскаиваются в содействии преступлениям Тьмы.
Нолдо еще раз оглянулся на друга. Тот стоял, бледный до серости, но глядел прямо, поверх голов наугрим. "Спасибо", -взглядом поблагодарил его голфинг. Не мог иначе.
Обернувшись к гномам, ответил, насколько мог, холодно, хотя было сомнительно, что удастся выглядеть надменно и бесстрастно  в положении подвешенного к потолку пленника:
-Так Моринготто платит за службу.

Но тут поднял голову эльда в клетке, и душу сжала ненависть и желание припомнить темным тварям все их злодеяния. Тот напомнил и про мороки.
Нумендиль даже на поле проигранного боя не ведал такого бессильного гнева и, не зная, чем иным он может поддержать сородичей, отозвался на речь того, кто назвался воином Фингона:
- Тьма не будет одолевать вечно. Aure entuluva.

+1

148

http://s2.uploads.ru/t/WedTx.jpg

Эльф не проникся жалостливым рассказом гномов. Для него они оставались тварями Тьмы, добровольно пошедшими в обучение к Врагу. И если им что-то не нравится - то тем лучше, по герою и награда. Нолдо продолжал демонстративно смотреть мимо или сквозь недомерков. Какие чувства феаноринг мог питать к тем, кто видя вокруг себя пытки и ухом не ведет. Эти "подмастерья" были хуже орков - как низко нужно опуститься что бы быть равнодушным к чужим страданиям? Воистину они теперь полноправные ученики и слуги Врага и им крови не хватит отмыться.

-Так Моринготто платит за службу. - Вдруг услышал роквен голос родича и со скрытым удивлением и радостью взглянул на дуга. На холодного, гордого, даже в цепях... осунувшегося, но все еще без тени страдания на лице... Глядя на товарища эльф невольно почувствовал себя неловко и тоже встал прямее.

А вот слова родичей... они резали по живому.

- Нам нет надежды, мы думали, что погибнем в битве, но он немного подлечил нас и держит тут впроголодь и без воды, наших сил почти не осталось. Я из воинов Фингона, и кроме нас есть еще пленные. Больше сотни. Напрасно вы вернулись за нами. Мы слышали Песнь и вторили ей и были жестоко наказаны. Но...тьма не так сильна теперь. Не знаю, настоящие ли вы или очередной морок...

Нестерпимо захотелось Аикарамату тут же ответить новой песнью, что бы доказать страдающим родичам что он не морок... Но эльф сдержался. Быть может, сомневайся они, им будет легче и проще... Воин Финдэкано со стоном уронил голову и гневный нолдо с силой схватился за цепи, сжимая их в кулаках, дернулся вперед, забывая о шаткости своего положения, и едва не закричал сам. он не знал что ответить... И тут услышал:

- Тьма не будет одолевать вечно. Aure entuluva.

- Nai i quetar tuluva!*  - эхом откликнулся нолдо.

_________________________________________________
* Да исполнятся эти слова!

+2

149

- Aure entuluva! Nai i quetar tuluva! - неожиданно громко вторили голоса эльдар из клетки.
- Тише, тише. - зашептали гномы. - Вы отвлечете его и он вернется раньше срока, у нас есть несколько часов отдыха. В прошлый раз он отсутствовал несколько дней. Но не привлекайте внимания ученицы, она верна ему.
Гномы собрались в круг и о чем-то шептались. Видимо они пришли к какому-то соглашению. Один из них вышел, но вскоре вернулся с полосой металла. Один из гномов начал раздувать мехи и огонь стал красным и белым. В горн положили полосу металла и стали ждать, когда она раскалится. Остальные гномы достали свои молоты, и клещи. Они приготовились ковать.
- Айя брат, ты даришь нам надежду- прохрипел кто-то из клетки - даже если ты морок.
Один из гномов принес ведро с водой, из него высовывалась ручка маленького ковша. Он поставил ведро рядом с клеткой, и протянул сквозь прутья мешок. Несколько рук протянулись жадно сквозь прутья.
Но из клетки последовал окрик на квенья. Один из эльфов, что молчал ранее, подошел к решетке, взял мешок и разделил поровну его содержимое, а потом дал воды все в порядке какой-то своей очереди. Несколько эльфов были неподвижны. В сумраке было видно, что эти эльфы были без ошейников.
Краем глаза Аикарамат увидел движение возле себя. Из прохода в пещеру вошла женщина и молча встала рядом с эльфом, скрестив руки на груди. На лице ее блуждала злорадная ухмылка. И это не предвещало ничего хорошего.

0

150

Аикарамат поддержал его слова, а эльфы отозвались неожиданно громко, и это и впрямь казалось сродни крошечному преодолению мрака. Кажется, у сородичей, запертых в клетку, был свой предводитель. Нумендиль попытался разглядеть его - не сумел, зато убедился с тоской, что, кажется, кому-то из эльдар поздно помогать. Они выглядели, скорее, мертвыми, чем живыми.

В пещеру вошла женщина: почему-то на злую тварь в прекрасном и нежном обличье было смотреть особенно неприятно. Она мерзко улыбалась, и Нумендилю припомнился женский голос, слышанный в полузабытьи. Видимо, та самая "ученица", о которой предупреждали наугрим. Умайя замерла рядом с феанорингом, и гнев, вызванный беспомощностью, вернулся вновь. А сородичи за решеткой не успели утолить голод и жажду... И нолдо решил рискнуть. Выиграть немного времени для тех, кто давно не видел воды, заставить тёмную отвернуться от Аикарамата... Разве это недостаточное вознаграждение за риск? Не говоря уж об отдельном удовольствии испортить настроение твари - если, конечно, удастся. Лишь бы выдержать лицо, не поддаться боли и слабости, не сорваться в стон.

Он облизнул пересохшие губы и обратился к пришедшей с той смесью насмешки и пренебрежения, с какими иной раз нолдор говорили, желая намеренно оскорбить:

- Какой неожиданный визит. Твой хозяин пенял мне, что наши девы выходят на бой - а сам затащил тебя в свою нечистую пещеру? Или ты у него на правах... служанки здесь? - нолдо с некоторым трудом подобрал слово, продолжая говорить на синдарин, так, чтобы понимали все. - Я слыхал, у вас так принято: прислуживать сильным. Тогда ты дурно справляешься: факелы чадят.

+1