Речи были так открыты и светлы, будто и не было угрозы впереди - не потому ли Торондир и напоминал о первом пророчестве? Гильдин с трудом представлял себе его исполнение - несомненно, верного, ведь Фелагунд не мог ошибаться, предупреждая их всех: узнать о будущей гибели Короля было страшней, чем о собственной. Его ясный взгляд не омрачило напоминание: он стал лишь серьёзней и печальней, как при воспоминании о Хитлуме.

- И это - мы тоже разделим, - что ещё ответить, он не знал; только вновь радостью коснулось сердца - он сумел принести её Торондиру и Фэргенолу. - Я не говорил ещё с Дэльвэ - время и ему узнать весть... А вас ещё ждёт малина - мы собирали её с отцом.

В действительности Гэллвэг с Гвэтроном уже закончили собирать ягоды, и несли к костру: конечно, не для того, чтобы жарить, а для того, чтобы разделить на всех.

- Смотри, здесь и рыба, и птица. Травы я собирал целебные, но иные подойдут и как пряности, - заметил Гвэтрон.

- Добавим вина, и будет пир, - Гэллвэг подмигнул ему. - Именно здесь, где мы когда-то собирались на Мэрет Адертад. Почти уверен, Командир уже готовит Мэрет.... какой-нибудь.

Гвэтрон глянул вопросительно и чуть неодобрительно, взглядом призывая Гэллвэга быть серьёзней, и тот прибавил:

- Не хочу давать празднику имя - пусть его даст Командир.

Разговор, что вёл Финрод с Мэледиром, был странным - хотя, пожалуй, не более странным, чем первый его разговор с Береном. Где он на столь откровенные слова мог бы услышать "Государь, ты не прав"? 

- Сомнение есть только сомнение, когда оно не стало поступком и не принесло беды. И желание - тоже только желание, в этом ты прав. Но цена нашего промедления была высока. Ты, по счастью, не знаешь, что значит - не суметь спасти родичей, зная, что это было в твоих силах. Но если бы я не мог ничего изменить, и был в том уверен, - покачал головой Фелагунд, - я - один из нолдор, один из Изгнанников. Я не могу оставаться в стороне от содеянного моим народом, хотя мой меч и сражал только орков и волков.

Мэледир так и стоял, опустившись на колени, рука Финрода так и лежала на его плече, и оттого разговор становился ещё более странным. Казалось, теперь Финрод объяснил всё, но он не мог остановиться на этих словах, и продолжил.

- Но я никогда не забываю, что есть Тот, Кто выше всего назначенного нам Роком, и всего, содеянного нами самими, и всего, что может измыслить Враг - и Он силён обратить всё во благо; Арда начиналась с прекрасной Песни и придёт к ещё прекраснейшему, и в нём примем участие мы как Дети Илуватара - пролагая свою часть пути к Арде Возрождённой. Вопреки всему. Не забывай этого и ты.